За гвоздями в Европу

Будет ли результат очередной перфекции победой или обернётся очередным поражением, или станет элементарной погоней за очередными блохами, которые погоду не определяют, а тупо покусывают писателя и раздражают читателя – кто его знает.

Надо сначала манёвр совершить: затем только посмотреть.

Итак, повторюсь, что данный антилитературный блин «За гвоздями в Европу» практически в первобытном виде, я сохраняю для истории.

А коли удастся очередная перфекция (неужто близкая к завершению: ведь помирать пора!), то будет интересно проследить за ходом самоучёбы.

А если текст попадётся в руки очередному начинающему писателю, то сопоставление ранней версии и последующих, даст примерное представление о технологии писательской эволюции (лишь бы не деградации!).

И, глядишь, кому-то опыты окажутся полезными.

И кто-нибудь, когда-нибудь, возьмёт, да и выдавит из себя подобие слов: «спасибо за правду».

А где бы он ещё увидел нечто подобное: наглядно и без прикрас, без пресловутых «писательских тайн» и шкилетов в шкафу.

За шкилетами в шкафу писатели любят скрывать каторжный труд. Это в обмен на признание таланта и ощущение лёгкости, на самом-то деле добытые койлом и кувалдой. И с реками пролитого пота. Подкрашенного порой, кровью.

Но это всё не жалобы. Это всё «так».

Прескриптум 2

к архивному варианту романа «За гвоздями в Европу»[1 - Оригинальное (исходное) название статьи«Единственный экземпляр. Жанр самокритики».] и с намёками на предполагаемые в дальнейшем (после «ЧоЧоЧо») перфекции, модификации и глобальные переработки.

Часть 1

Речь о книге «За гвоздями в Европу».

Книги с этой обложкой бумажно не тиражировались, хотя в базе данных Букстрима такой вариант книги был.

Говорю об этом в прошедшем времени и с сожалением, так как осенью 2015 года Букстрим «приказал долго жить».

Очень жаль. Жаль и Букстрим, жаль и себя, так как чисто «по лени» я эту книжку себе так и не отпечатал; а единственный имеющийся «пробник» вроде бы подарил кому-то из друзей.

Даже не помню кому. Может быть человеку, с которого я писал Порфирия. Второй вариант, что подарок достался другу моего прототипа (его замаскированное имя также мелькнуло в одном из романов: в книжке его звали бароном фон Хольцем).

И был ли этот пробник вообще, или мне эта история приснилась?

Но, помнится, подарок это происходил при свидетелях: при неком Д. К.