Перекрёстки судеб человеческих. Повесть. Рассказы. Стихи

А если догадывается? А если не только догадывается, но и знает наверняка, ведь об этом давно уже судачат в посёлке? Понятное дело, слухи докатились и до ушей Ирины. Вы покажите Лене ту бабу, которая стерпит, когда её помоями поливают, а любимый человек палец о палец не ударит, чтобы прекратить это? Егор вместо того, чтобы защищать Ирину Павловну, сидит тут, сопли на кулак наматывает!

От кого защищать, спрашивает? От своей семьи!

Ирина Павловна потому и выперла его, что поняла: тряпка он, а не защитник ей.

И правильно сделала!

Как бы, например, Лена поступила в подобной ситуации, окажись она месте Ирины Павловны?

Лена поступила бы так же. Хотя нет, этот «например» неудачный, потому что Лена не только себя защитить может, но и Толю, если понадобится. Она, в отличие от Ирины Павловны, не интеллигентка. Она прошла детдом, огонь и воды. Даже медные трубы ей славу воздавали… недобрую, правда, но – славу.

Ирина Павловна не станет ругаться с его семьёй?

Конечно, не станет.

Можно и без скандала обойтись. Лена тоже не руганью защищала их с Толей любовь. Ирина Павловна тоже так сумеет, только пусть и Егор к этому причастен будет, пусть поможет ей, а не ждёт, когда всё само собой разрешится.

Выпалив всё это, Лена взяла из рук свекрови ребёнка и ушла в спальню, бросив напоследок:

– Смотри, Егор, будешь опосля локти кусать!

Илья Кузьмич усмехнулся и одобрительно пробасил:

– Ленка – это наш и тыл, и фронт! Орлица, однако! Главнокомандующий! Вот бы и тебе, Егор, такую бабу!

Лукаво прищурившись, подмигнул сыну и, кивнув на свою половину, добавил:

– При ней даже «медные трубы» помалкивают!

Ильиниха обиделась:

– Хватит прошлым глаза мне колоть.

Что было, то быльём поросло. А сейчас-то чего трубам дудеть, бога гневить?

– Да я ведь, мать, не по злобе сказал, а шутя. Понимать надо!

Глава 10

Прошёл месяц после командировки Егора и последней встречи его с Ириной. За это время они два-три раза сталкивались на улице, молча кивали друг другу в знак приветствия и торопились разойтись в разные стороны.

Егор неоднократно порывался зайти к ней, поговорить, но всякий раз сам себя останавливал. Что он ей скажет? То, как плохо ему без неё, как тоскливо сжимается его сердце при мысли, что всё потеряно, как любит он её? А есть ли ей дело до всего этого?

Не знал Егор, что Ирина его ждала. Ждала с самого того момента, как он закрыл за собой дверь.