Опасные виражи

 – Ей осталось очень мало времени. Впрочем, можете вызвать, если хотите.

– Замолчи, дьяволёныш! – огрызнулся Джакомо.

– Ох! – снова простонала Джулия и под пронзительным взглядом Филиуса упала на кровать. – Мне плохо, Джакомо! Я умираю!

– Нет, Джулия, нет! – Джакомо ринулся к телефону и, схватив трубку, быстро набрал номер. – Алло, «скорая»! – ещё быстрее проговорил он. – У моей жены сердечный приступ. Пиранделло 12, 3. Приезжайте немедленно.

Бросив трубку, он метнулся к кровати, где с бледным, как мел, лицом лежала Джулия.

– Сейчас, Джулия, – попробовал успокоить её он, склонившись над ней. – Сейчас приедут врачи, и тебе станет легче.

– Сейчас ей станет так легко, что укола не понадобится, – зловеще сказал Филиус, неотступно смотря на Джулию.

– Замолчи, змеёныш! – крикнул со злостью Джакомо. – Если ты ещё что-нибудь скажешь, я убью тебя!

– Боюсь, что сейчас вам придётся скова позвонить и отменить вызов. Скорая помощь ей ничем не сможет помочь.

Заботливо склонившись над женой, Джакомо выпрямился и с суровым видом хотел броситься на Филиуса, но вновь раздался стон Джулии, помешавший ему забыть об этом намерении. Ему пришлось вновь наклониться над ней.

– Я умираю, Джакомо! – сказала Джулия тихо. – Я ухожу туда, откуда не возвращаются. Филиус не хотел, чтобы я умирала долго и мучилась от какой-нибудь тяжёлой болезни. И вот я умираю быстро, но не так безболезненно, как хотелось бы.

– Без боли невозможно покинуть этот мир, – продолжая смотреть на неё, промолвил Филиус.

– Сначала – боль, потом – смерть. Это так просто как дважды два.

Услышанные слова побудили Джакомо снова выпрямиться, и в его сердце гневной волной возникло желание убить Филиуса, но тихий стон Джулии опять заставил его наклониться и с волнением увидеть, что голова его жены откинулась на бок. Её глаза закрылись, и она больше не шевелилась.

– Всё, сказал Филиус облегчённо, отведя от неё взгляд.

– Ты убил её! – в страшном горе воскликнул Джакомо. – ты убил её, гад!

– Если мне суждено быть тем, кем вы меня сейчас назвали, то я, к сожалению, ничего не могу сделать, чтобы не быть им, – ледяным тоном произнёс Филиус, начав неотрывно смотреть на Джакомо. – Для разнообразия кому-то нужно быть и гадом. Было бы чертовски скучно, если бы на свете жили одни добропорядочные святоши.