6 ЛИТО

Публиковалась в литературных альманахах «Колпица», «Двадцать пятая верста от Санкт-Петербурга», «Михайловский замок», Inkerin Uutiset, в журналах «Новый мир» и Pelican, соавтор Russian-American Anthology-1994 (St. Petersburg, Florida – St. Petersburg, Russia).

Старателю

Сверху – взгляд всегда невидимых сов.

Воздух весок, в нём и гарь, в нём и прель.

Под молчание канадских лесов

в Наггет-Крик идёт на нерест форель.

Лунный свет наколот в кубики льда,

притуманен, вдет по блёстке в проток.

Втиснет скрипом рыбьих спинок вода

ночь в оставленный до завтра лоток —

и намоет медно-бурую горсть

донных, плоских (с небольшой аманит)

юрких камешков…

А сверху – от звёзд —

для загадки пух совиный слетит.

* * *

Я вижу осень долгим продолженьем

для слов: «Четверг.

На стёклах мокрой дачи…»

Там все уехали, а в отраженье

обратно шли часы какой-то миг:

перебирая вмятинками бурыми,

катилось яблоко,

и дождь накрапывал,

и шахматными белыми фигурами

играл старик.

* * *

Горечь капель налитых.

Смерть – пустое: сны-обманы.

Как в другие океаны,

Уплывают за туманы

Рыбы листьев золотых,

Словно осень не про них,

А они легки и жданны.

Вышел дождь косой и частый

Размывать дорогу к дому.

Умер вереск незнакомый:

«Спи-усни!» – пора к другому.

С той же нежностью причастной

Эта сонная вода

В зачарованные ночи

Травы гладит, камни точит.

Разве сердце что-то хочет,

Заглядевшись в никогда?

…К сердцу дома – ни следа,

Островка земли непрочной.

* * *

Что изменилось? Да просто

лето ушло синее.

В мелкой речке

из лунного света остров.

Холодные струи

лучей звёздных

чертят косые линии.

Из августа

даже присниться поздно.

Повзрослевшие листья

тесней прижались

к наболевшей ветке,

но не остались:

каждый лист – роздан.

Не отпускать,

не слышать,

словно не ждать тебя.

Но упрямо верить

в пустом вагоне,

что всё излечит

осенний холод —

светофор птичий остроконечный,

зеленью звёзд-свечек

темноту дробя.

Николай Неронов

Родился в Ленинграде в 1970 г.

* * *

Девять недель с половиной, наверное,

это для долгой, счастливой,

а для обычной достаточно и четырёх,

чтоб познакомиться и разругаться могли вы

с самой красивой и умной из этих

брюнеток, блондинок, дурёх.