Госпожа губернатор. Книжка-открытка

Сверху набросила длинный, тонкой вязки кардиган. И с трепещущим сердцем отправилась на работу.

День выдался напряженный. Сотни срочных звонков, десятки нескончаемых переговоров и затяжных встреч. Круговорот дел засасывал, словно гниющее болото, не желал отпускать свою жертву из тягучих объятий.

И все же госпожа губернатор летала, словно на крыльях. Ожидание встречи с горячо любимым человеком придавало сил и уверенности. Заставляло двигаться вперед. Она подгоняла медлительные стрелки часов, злилась и ворчала на визитеров, заламывала пальцы, сотни раз мысленно разыгрывала сцену встречи с мужем.

Но и к концу дня не смогла придумать, о чем говорить и чуствовала себя растерянной и подавленной.

Вечером Катерина тихо вошла в квартиру. Уже с порога услышала аромат туалетной воды Максима. Как ей не хватало этого запаха! До дрожи в коленях. Та, кто знает, как пахнет любимый, никогда не расстанется с этими воспоминаниями.

В уютной гостиной мягко горел торшер. Максим как всегда в безупречном дорогом костюме стоял спиной к двери и колдовал над журнальным столиком.

Хозяйка квартиры повела носом:

– М – м! Пахнет вкусно!

Муж обернулся. Взгляды встретились. И оба надолго замолчали не в силах произнести ни слова.

– Почему? Почему тебя так долго не было рядом? Где скитался? Зачем послушал меня и уехал, бросил, оставил одну? Прошу, никогда, слышишь, больше так не делай никогда! Иначе, от боли погибну! Любимый, меня разорвет на кровавые кусочки от тоски по тебе! – Молил взгляд женщины.

– Не плачь, родная! Я больше не заставлю тебя страдать никогда! С этого момента мы навсегда вместе! Навсегда! – Успокаивал васильковый, смеющийся взгляд мужчины.

Разве могут обмануть глаза?

– Ах! Да, Кать, я вот подумал: с работы придешь уставшая. Дай – ка закажу каре ягненка, салатиков разных, вина – все как ты любишь. – Неловко прервал затянувшееся молчание муж. Привычно взъерошил темно – русые волосы и опустил глаза.

– Спасибо за заботу. Мне приятно. Очень. – Эхом откликнулась она и не в силах была отвести глаз от любимого.

Жадно впитывала каждое движение, мимику, вздох, боялась, что видение исчезнет, растворится.

Обжигающий, словно уголь, взгляд Максима – разве померещилось?

Снежная озадаченная опустилась на диван. Сложила на коленях руки лодочкой.

Поджарый красавец засуетился, неловко откупорил бутылку вина. Плеснул в стаканы кровавую, густую жидкость и пододвинул тарелку жене.

– На. Ешь. Приятного аппетита.

– Угу. Спасибо.