Madame, когда сжигают корабли…

Все строки этой маленькой книги наполнены тончайшими оттенками и полуоттенками чувств, которые понятны каждому, которые пережиты – каждым..

Или почти что – каждым. В той или иной мере. Страсть, ревность, тепло касания, нежность мысли, узнавание. Другого, любимого, – до дрожи: ресницами, дыханием, сердцем, которое плавится на огне пережитого, в тишине Вселенной. Потери. Обретения. Сомнения.

В тот самый миг, час, секунду, когда пишутся строфы. Едва – едва, неслышно. Только очерчивается контур, абрис и дыхание чувства.

Рождение его. Рождение Любви. Ее неизбывная, яркая, полная, яростная жизнь. Жизнь, которую Ты всегда обожал. До конца… И в боли, и в прохладе Ухода.

Говорят, что непреложных истин на свете очень мало. Среди них – та, что Любовь – сильнее смерти. Я всегда верила в это.. Поверь и Ты…

Иначе мне трудно будет выполнить свою необычную миссию. Миссию Эвридики, выводящей Орфея из Ада. Воскресающей его. Такого еще не было никогда, мой герой!

Миф, древний и прочный, как сталь, гулкий и полный раскатистого эха, как волны Эгейского, вечного от сотен тысячелетий, цивилизаций, моря, мы, вместе, переписали заново.

Посмели переписать. Посмели – стать. И – встать. В полный рост. На краю Вечности. В середине ее. В самом центре, Для того, чтобы – остаться. Вспомниться. Вернуться. Снова и снова. До последнего глотка. До последней строфы и буквы. Как альфа и омега. Начало и конец. Или, вернее, бесконечность. Любви. Дыхания. Нежности. Жизни. Строфы….

Поверь в это… Прошу.

Молю. Заклинаю. Воскрешаю… Слышишь меня?!

    Май – июнь 2014 гг.

Стихи из лирико-иронического цикла «Мадам»

«Мадам, так увядают розы…»

Мадам, так увядают розы,

Как вздох полуночных ветров.

Себя казня обрывком прозы,

На снег роняя тени слов.

Запомнить аромат пытаюсь

Ловя в чернилах лик луны…

Я в вас влюблен… И в том – не каюсь!

О Вас шальные вижу сны.

А аромат уснувшей розы,

Окутывает ветра бег

Казня себя обрывком прозы.

Пишу комками снега.

Снег —

Растает поутру…

«Мадам, рождественский снег…»

Мадам, рождественский снег

Горчит корицей вино….

Как плавен костра разбег,

Как горько все и смешно!

Мадам, рождественский сон.

И сладость холода губ….

И ветер в зиму влюблен,

Взбешен, непокладист, груб…

Он ноты прошлого рвет

В клочки, как сердитый Бог.

Прищурясь, строфу прочтет.

Но в ней – непонятен слог.

Оборван…. Горчит вино.