Студия

Катя немного приподнялась на сиденье и тут же согнулась пополам:

– Семеныч, мне больно!

– Езжайте на запад, в пятидесяти километрах отсюда будет деревушка. Спроси Дамира. Он хороший фельдшер. Скажи – от меня, – сказал Соломон.

– Сейчас, маленькая, сейчас поедем, потерпи, – Семеныч сел на водительское сиденье и захлопнул дверь. В волнении не сразу смог повернуть ключ трясущимися руками. Катя вновь откинулась на сиденье и глаза ее закрылись.

Семеныч подал машину вперед, но через несколько метров, внезапно включил заднюю скорость:

– А ты?

– Я остаюсь.

Возьми ей от боли, на два раза тут раздели, пока доедете, – Соломон протянул прозрачный пакетик со знакомым белым порошком.

– Скажи, зачем нужны были эти наркотики? – горестно спросил Семеныч. – Ведь это же…

– Какие наркотики? – удивился Соломон.

– Вещество это, – Семеныч показал на усыпанный город и на пакетик в руках Соломона.

– Да ты что? – Соломон в полном изумлении уставился на Семеныча. – Ты откуда такой информации нахватался?

– На практике.

Мы как в тумане были эти пару дней.

– А вы ничего больше не употребляли? Алкоголь, например, сомнительного производства?

Семеныч вспомнил банку с коньяком, и его только осенило, что все началось совсем не с домика с вывеской: «Добро пожало», а именно со злосчастной банки с жидкостью. Этот дурман, который, словно спазмами то становился сильнее, то совсем ослабевал.

– Пресса шумит, – уже менее утвердительно сказал Семеныч.

– Им нужна сенсация. Ты вряд ли меня поймешь, но этот порошок никоим образом не относится к вредным веществам.

Он просто не запатентован. Это, считай, легкое успокоительное, к тому же крайне благоприятно действующее на мозговую деятельность, на нервную систему. Это растительное средство! Сублимированный экстракт из плодов инджина. Как добавка. Как витамин. Я не так давно его открыл. Трудность была в хранении. Оно взрывоопасное лишь при соединении с кислородом. И когда его много. Но, если изготовить его в суспензии или капсулах с добавлением обволакивающих веществ – оно будет полностью безопасным.

– Стой, но в студии. В твоей студии люди выглядели точно укуренные! Кофе это…

– Кофе? И что с кофе? – рассмеялся Соломон. – Брось. В студии работают удивительно талантливые люди. Согласен с тобой, некоторые кажутся не от мира сего. Но все гении немного нарушают нормы, особенно если им это позволить. Я одного физика выдернул из сумасшедшего дома. Общаться с ним невозможно.