Пентаграммы

Здесь главное – не спать!

Не просто крепок сон от воздуха свободы:

Пока рассудок спит, чудовища ползут

И, кожистым крылом нащупывая броды,

Заходит Люцифер в сверкающий мазут.

Mit lachen springen sing бродячие лютнисты,

И ворохом купюр наполнен их футляр.

Качает катера восторженная пристань,

И дышит ресторан, красивый, как пожар.

Не видит враг врага, и друг целует друга,

Под тентом на столе спит розовый Франц Хальс,

А Штраус-сын торчит на клавишах упруго,

И под его ребром клокочет венский вальс…

Рифмоплёт

Я увлечён бываю, как пчела —

Ковровым многоцветием июля,

Ища слова.

Душа метнётся, глядь – уже нашла.

Но если ставни прежде распахну

В огромный день, в грозу и хищный ливень,

На юг и север, звёзды и луну,

На мамонта сорящий крошкой бивень,

На страшной битвы пламенный пейзаж,

Где бритвы молний даже не скорее

Атаки с фланга, залпа батареи,

На штурм идущих или абордаж…

На океана серое плечо,

Вертящее простором и ветрилом

То до ночи по-адски горячо,

То льдом границу ставя нашим силам…

Тогда – увы – иной раз не могу

Пригодные сыскать цвета и звуки

Вдали тепла, опешивший в разлуке,

Испуганный и бледный, ни гу-гу…

День 1964

Я помню плюшевую ширму

Хрущёвки нашей поперёк,

Когда в мой пятый день рожденья

Давали кукольный спектакль

Отец и мать, и дядя Йося,

Хромой и с чёрной бородой.

Я по двору ходил и детям

Билеты даром раздавал.

И вот их в комнату набилось

Числом не меньше сорока,

И бабушка взяла будильник

И подала им три звонка.

И я со всеми и с открытым

От счастья и восторга ртом

Над ширмы нежным плюшем видел

Двоих весёлых медвежат…

………………………………

Потом – конец, но деда Боря,

Когда уж начало темнеть,

Пришёл и мне вручил в подарок

Искрящий кремнем самолёт.

Comedie russe

Со мной наигрались вы всласть, и —

Опальное сердце, ликуй! —

Холодная оттепель страсти

Влепила мне вдруг поцелуй.