Солдаты последней войны

Превратились в часть жизни и никоим образом не задевали самолюбие. И я вновь с болью подумал: самое страшное, что человек способен привыкнуть абсолютно ко всему! И если вовремя не задуматься, то такая способность к адаптации может лишить всяческого желания сопротивляться обстоятельствам. Даже – желания какого бы то ни было анализировать ситуацию, думать и сопоставлять. И если вовремя не пресечь непроизвольную способность привыкать ко всему, то это неизбежно приводит к гибели. Чему потом ты уже будешь рад и сам.

– Что разгружаю? – Петух откусил кончик сигареты и сплюнул. – Кажется, это называется авокадо. Наверняка, какая-то дрянь. Поликарпычу уж точно не понравится. А как твои успехи, Шурочка?

Шурочка смутился. В отличие от Петуха он еще не до конца привык к подобным вопросам. Хотя давно уже не краснел.

– Да ладно тебе, Петя… Нашел о чем говорить в такой день.

Петух пожал плечами.

– А о чем еще, если не о работе?

– Такая работа – не наш выбор, – не сдавался Шурочка. – Нам ее навязали.

У нас должна быть совсем другая работа. И разве мы не можем сегодня… Ну, хотя бы поговорить о музыке, которую сочиняет Кира, о стихах, которые ты пишешь или… Или хотя бы о наших мечтах…

Я опустил взгляд. Мне было горько смотреть на друга. Мечтам этого доброго, наивного и слегка неуклюжего парня никогда не суждено сбыться. Более того. Само понятие – мечта – становилось непозволительной роскошью сегодня, когда всему найдется место. Только не мечте. И Шурочка пока еще не хотел этого признавать.

Впрочем, его сопротивление с каждым днем становилось беспомощнее и слабее. Скорее всего, он тоже просто еще хотел себя уважать.

Мечты… Мы прекрасно знали мечту Шурочки. Которая родилась, как и у многих, еще в детстве. В то самое время, когда небо было чистым. Когда ярко светило солнце. Когда в городах можно было увидеть бабочек и пчел. Когда милостыню просили только дворовые собаки. Когда в школе еще мечтали стать космонавтами и офицерами, а после школы играли «в войну», в которой всегда побеждали наши.

Когда ночью безмятежно спали, не боясь завтрашнего утра… Однажды, в чистом голубом небе мы увидели Шурочкину мечту – самолет, который он, мальчишка, сам придумал и сконструировал. Его самолет не был похож ни на какой другой самолет в мире. Он был похож лишь на самого Шурочку. Такой же маленький, толстый и неуклюжий. И напоминал летающую тарелку, даже выкрашен был в нелепый рыжий цвет. Нам казалось, что он не взлетит.