Потерянное имя. Приключения, поиск себя. Что может подсказать тень твоего имени…

Затем изобразила на вскинутой руке кукиш с выставленным пистолетом средним пальцем, демонстративно хлопнула дверью машины и резко рванула с места…

– Мне томатный сок, – услышал Микаэл женский голос справа.

Открыл глаза, видя, как стюардесса передаёт бокал с соком соседке. И в этот момент у Микаэла до нестерпения зачесалось в носу:

– А-а-апчхи… – рука автоматически потянулась, чтобы прикрыть рот, но навстречу руке попался стакан с томатным соком, который волнообразно понёс движение поднимающейся красной жидкости, превращая её, как в замедленной съёмке, в заострённые по краям шпили.

«Плюм» – жидкость плюхнулась на лицо.

– Извини-те… – произнёс Микаэл, облизывая губы, и чувствуя, как струйка потекла по коже на груди, просочилась через его лимонного цвета рубашку, подаренную на прошлый день рождения мамой.

– Это вы меня извините, – залепетала соседка, пытаясь салфеткой вытереть растекающийся сок на лице и руках Микаэла.

– Я вас… простите… – Микаэл даже слегка обрадовался, разглядывая соседку и убеждаясь, что на неё не упало ни капли.

Стюардесса виновато смотрела на Микаэла:

– Пройдите, пожалуйста, в туалетную комнату, я вам принесу во что переодеться…

– Спасибо, – сказал Микаэл и стал вытаскивать себя из кресла.

Сидящие рядом не могли упустить такой развлекающий момент полёта, поэтому, кто сочувствующе, кто брезгливо, а кто оценивающе – пялились одновременно на стюардессу, Микаэла и его соседку.

Протискиваясь по узкому проходу к туалетной комнате, Микаэл старался не задеть никого своим лимонно-красным нарядом.

Но так затекли от долгого сидения ноги – ведь полёт длился уже около трёх часов, – что Микаэл не удержался в какой-то момент, еле сдерживая подступившую судорогу в голени, и повалился на сидящего пассажира.

– Куда прёшь!? – раздался злой баритон, и вслед ему вторящее писклявое сопрано:

– Поосторожнее… не видите, люди сидят…

– Извини-те, извините, – скалил улыбку Микаэл.

Очередь стоящих в туалет расступилась, пропуская облитого соком вперёд.

Микаэл почувствовал неловкость, но воспользовался предоставленным правом. Как только он запер за собой дверь – выдохнул и опустился на крышку унитаза.

– Oh my God…

Снимая рубашку, он смотрел на себя в зеркало и, как на автомате, стал повторять инструкцию – «…агент не должен привлекать к себе внимание. В создавшейся критической ситуации необходимо соблюдать спокойствие и выдержку… Спокойствие и выдержку».