Посмотри в зеркало

Актер был на пятнадцать лет старше ее, обладал массивной и несколько тяжеловесной фигурой, крепкими крестьянскими пальцами, а черные волосы и глаза делали его похожим на ворона, выискивающего добычу. Истории для книги рассказывал просто, с юмором, не стремясь выглядеть «человеком с обложки». Он говорил, что прошлое это воспоминания, картинки, запахи, в которых должно присутствовать настроение, колорит эпохи, ощущение жизни, а не шекспировские трагедии и прилюдно развешанное грязное белье… Прошлое это колыбельная, которую поет мама, это вышитая ею наволочка думки, игрушечный деревянный самолет, собранный с отцом на пару, тайно выкуренная на пару с другом сигарета, смешной и неуклюжий поцелуй на школьном дворе, ночные бдения в театральном училище перед выпускным спектаклем, первый взгляд новорожденного сына в твои глаза…

Она приезжала к Глебу домой, в небольшую трехкомнатную квартирку на Трехпрудном переулке, доставшуюся ему от родителей и сохранившую обветшалый шарм прошлого: старинную мебель, картины, статуэтки, поскольку ее владелец не желал обезличивать, как он говорил, «любимую нору» модным и безвкусным ремонтом.

После записей он поил ее чаем или кофе, и они долго разговаривали обо всем на свете. Ульяну втянуло на его орбиту как маленький обломок метеорита, пылинку, которая обречена на то, чтобы вечно кружить вокруг большого светила. Ей стало не хватать этих разговоров, а на встречу она бежала так, словно стремилась к возлюбленному, хотя между ними не было ничего, кроме наэлектризованного пространства.

Он стал раз за разом отвозить Улю домой на машине, чтобы она не ездила в метро, подарил ей четки, полученные от одного монаха в буддийском храме Лхасы, а как-то раз, остановив автомобиль перед ее домом, признался, что его тянет к ней, но если она ничего не чувствует – пусть забудет его слова. Ульяна растерялась и неловко сказала, что видит в нем одного из немногих настоящих, тех, с кем хочется остаться навсегда… Он улыбнулся, прислонился лбом к ее лбу и сказал «До встречи». В тот день они закончили работу над книгой. Глеб должен был позвонить через день, но звонка не было. День, два, три… Она не знала, что и подумать, робко набрала его номер, но мобильный не отвечал. «Наверное, это был элегантный жест прощания», – с горечью подумала Ульяна. Через неделю она узнала, что актер внезапно скончался от инфаркта.

Боль изгрызала ее в клочья. Ульяна ставила перед собой фотографию Глеба и говорила с ним.