Идет зеленый шум (сборник)

Александр Терентьевич успел осознать, что во сне он стоит по стойке «смирно», одетый как всегда – в то же, в чем лег.

Он испытал сильнейшее в жизни желание – забытое чувство, которое, как он ошибочно полагал, умерло несколько лет тому назад. Но он не мог пошевелить и пальцем: стоял и в глупейшем безмолвии пялился на проворное существо, которое подобралось вплотную и деловито шарило в его ширинке.

– Во сне – это ладно, – брякнул Клятов, озабоченный близким разрушением молодой семьи.

– Угу, – кивнула Юля, расстегнула последнюю застежку, и брюки свалились на… землю? Нет, под ногами была не земля, там не было вообще ничего.

 – Сейчас, мой маленький, Игорь подойдет. Вот увидишь, как славно получится.

Александр Терентьевич хотел спросить, зачем нужно подходить Игорю, но язык отказался ему повиноваться. Он заглянул вниз и в ужасе уставился в раскрытый Юлин рот – там не было зубов, зиял лишь страшный черный провал, откуда вдруг потянуло адским смрадом.

– Нос зажми, если не нравится, – посоветовала Юля.

 – У всех суккубов плохо пахнет изо рта – я потому и не целуюсь. А ему, – она кивнула на то, что вывалилось из брюк Александра Терентьевича, – ему без разницы. Вот с Игорем придется потерпеть…

– Почему? – спросил Клятов.

– Так он же инкуб, а не суккуб, – удивилась Юля. – Он только женщинам глянется. А ты, может статься, увидишь его, как он есть.

– Раз я не женщина, то зачем ему приходить? – спрашивая, Александр Терентьевич медленно отступал. Он уже на целых два шага удалился от беззубой пасти.

– Дареному коню! – хохотнула Юля. – Может, к нам бабу вселили? Можно и баб поискать, но берем, где поближе. На безрыбье…

С нее поползли мелкие насекомые.

Клятов сделал еще шаг, и очутился в комнате Чаусова. Никаких книг, вопреки утверждениям Неокесарийского, в ней не было. Висели шкуры и потемневшие от времени сабли; хозяин в парче и шелках сидел, развалясь, на антикварного вида диване.

– За подснежниками, деточка? – прошамкал он участливо и тут же засмеялся. – За ними – к братцу Апрелю.

А я, сударь мой, Март!

– Что здесь происходит? – зубы у Александра Терентьевича застучали. Между прочим, он снова был полностью одет.

– Это ты скоро узнаешь, – успокоил его Чаусов. – Я тебе книжку дам почитать. Про друидов. Ты ведь любишь читать книжки? Ну вот.

– Какие друиды? – Клятов, против воли, сорвался на крик. – Что это за идиотский театр?

– Ух ты! – Чаусов вскочил и моментально переместился поближе к Александру Терентьевичу.