Солнце в стакане

Лист ватмана, хранящий в себе частички чьих-то жизней, надежды, злобу, разочарование, – превратился в мозаику мироздания.

Вика мельком взглянула на лист.

– А у тебя бывает весело, – заметила она и прошла в комнату.

– Ты даже не представляешь насколько! – Тихо сказал Сазаров и отправился на кухню.

Ему хотелось выпить и уснуть.

Он сидел возле стены на полу. Рядом стояла полупустая бутылка испанского «каберне» и пепельница. Свет уличных фонарей проникал в комнату размытым бледным маревом.

Он курил. На диване спала незнакомая женщина. Вика. Это только имя.

В его квартире женщины появлялись часто. Они приходили вечером, утром исчезали, оставив после себя легкий аромат духов и мокрые полотенца. Некоторые возвращались через несколько дней, но только для того, чтобы уйти навсегда. Он никого не удерживал. Зачем? Однажды он сделал попытку. Ничего хорошего не получилось. Результат – грязный развод, боль, и он три года не видел сына. Тени. Тени прошлого…

По вечерам, когда ты один и не очень пьян, они как химеры выползают из темных углов, впиваются в душу острыми когтями и терзают твою память.

Настоящее краснеет от стыда и отступает под их натиском. Действительность растворяется в несбывшихся надеждах, и сожаление, мерзкое, противное, захватывает тебя. Оно ведет тебя в лабиринты прошлого, где каждый миг кровоточит, каждая секунда вызывает желание все исправить…

Это травит тебя.

Но каждый раз ты находишь в себе силы все принять, так как есть.

Какое требуется усилие отказаться от ничтожной, беспочвенной, но сладкой надежды все исправить. И уйти от соблазна предать самого себя…

Этого вполне достаточно, чтобы больше не пытаться.

Сазаров затушил сигарету. Завтра утром он заварит крепкий кофе. За завтраком она будет что-то говорить, а он отрешенно смотреть в окно. Потом она уйдет…

– Почему ты не спишь? – Накрывшись одеялом, Вика сидела на диване. – Налей мне. Ты много куришь. Я заметила. Это вредно.

Не спит.

Давно? Начнешь отвечать и получится ночной разговор, когда мысли рвутся на язык, и любое сказанное слово приобретает вдруг совсем иной смысл.

Он сходил на кухню, вернулся с бокалом.

– Иди ко мне. – Вика пригубила вино. – Не сиди один. Говорят, лунный свет может свести с ума, если смотреть на него в полном одиночестве.

– Луны не видно. Снег идет.

– Когда нет луны, сойдут и фонари. Не сиди один.

Сазаров усмехнулся. Какой тон, какая уверенность.