Полдень В Нью-Йорке

За столом Надин поинтересовалась, что говорят издатели по поводу стихов.

– Ничего хорошего.

– А если бы ты встретился с человеком, чье имя имеет значение для этих книжных червей, ты бы смог его убедить в собственном таланте?

– В таланте не надо убеждать. Это абсурд.

– Значит, такая встреча тебе ничего не даст?

– Не знаю. Хуже, конечно, не будет. Оценка профессионала была бы любопытна.

– У тебя есть такой шанс, – радостно сообщила Надин. – Мой отец знаком с человеком, чье имя сейчас имеет большой авторитет в мире литературы.

– Кто же это? – С легкой иронией спросил Морсен.

– Камю. Альбер Камю.

Морсен поперхнулся.

– Камю? Ты сказала Альбер Камю?! Тот самый?!

– Если ты имеешь в виду мсье Камю, автора цикла «Изнанка и лицо», то да, тот самый. Отец находит его статьи и рассказы очень даже недурными.

– Не думал, что Сольеж читал Камю… Да еще и знаком с ним! – Пробормотал Морсен.

– Они познакомились на каком-то званном обеде. Там были представители деловых кругов, разные профессора.

По большему счету все они были скучны. А от беседы с Камю мой отец получил удовольствие. Они даже обменялись парочкой анекдотов. Я попрошу отца устроить вам встречу, думаю, он не откажет.

У Морсена пропал аппетит.

Вечером Надин уехала. Она уговорила Морсена отдать ей стихи. Обещала, что встреча с Камю обязательно состоится…

В первых числах октября Сольеж объявил о свадьбе дочери. Она должна была пройти в небольшой церкви в Мо. На церемонию были приглашены многочисленные друзья семьи.

Надин охватил ужас. Она искала случая незаметно уехать в Мо, хотя бы на пару часов. При этом мучилась, не находя тех слов, которые обязательно скажет Морсену.

Возможность появилась за два дня до свадьбы. Но в Мо всё случилось не так, как она предполагала…

– И не подумаю! – Ответил ей Морсен, чувствуя себя неловко от ее предложения. – Успокойся, Надин. Жозеф любит тебя. Ты тоже испытываешь к нему какие-то чувства. Ты сама так говорила. Поэтому я не стану разговаривать с твоим отцом об отмене свадьбы.

Я не могу это сделать.

Надин сидела за столом, вся мрачная, и не смотрела на Морсена, который ходил из угла в угол и курил.

– Но я думала…

– Не имеет значения, что ты думала. С Жан-Полем говорить не буду! Да и что я могу ему сказать?!

– Что любишь меня! Что за тебя я должна выйти, а не за Жозефа!

– Ничего из этого не выйдет. Твой брак с Жозефом, это союз капиталов. Твой отец никогда его не отменит.