Новая семейная хроника

Рука скользит к виску —

боль головная раздражает… Вечер.

И непрерывной ниткой по песку

танцует тень – огонь немногих свечек,

дань отдавая мокрому песку.

3

День был как все – за исключеньем лет,

когда мы вместе жили у фонтана.

Страна уже настроила ракет,

открыла атом, кран, лицо Ивана

и бесконечно дальний Новый Свет.

4

Литовский вариант сошел на «нет».

Сошлись соседи. «Призрак» не уехал.

По истеченье очень многих лет —

дорогу переходят не по вехам,

а по скопленью стареньких газет.

5

Война закончилась еще до сентября,

и дети поспешили чинно в школу —

учебники, цветы, блеск букваря,

учителя, цветы! и тост за школу.

Распевки под баян и под “ ля-ля».

6

Желанье выпить. Мокрый календарь —

истории уходят за друзьями.

Попытка перейти из «ныне» в «старь» —

обычно завершается слезами

и возвращеньем слова «жизнь» в словарь…

7

Глагол «уйти» – возможность ничего

не понимать и оставаться дома.

Не возникать без дела и всего

один лишь раз попробовать другого

глагола – «умереть». И ничего…

8

Смерть наступает будто бы зима…

И, кажется, словесная отвага

не стоит ровным счетом – ни черта!

Глаза подслеповаты – будто влага

размыла тень – прозрачная черта.

9

Оконный силуэт слегка размыт:

дождем? слезой? – не расторопность зренья.

И, кажется, из мрамора отлит

прошедший день – наказанность забвенья.

Из радио оркестр не звучит.

10

За дверью ветер воет на трубе,

стучит в окно, замочками играет…

Напоминает чем-то о тебе…

Стучит еще и… улетает,

сыграв «прощай» на каменной трубе.

    1993

«Когда-нибудь, когда пройдут года…»

Когда-нибудь, когда пройдут года

и возвращаться повода не будет —

останеться лишь талая вода

и перекрестки старых улиц.

Строений старых мокрые дворы —

после дождя.

Картавый крик соседской детворы —

теперь уже совсем не те соседи.

И отраженье в зеркале не то —

последнее уже удел старенья…

И утром с тонкой пенкой молоко

напоминает лучшие мгновенья.

Когда-нибудь, уже в других краях,

в другом таком пространстве вспомнишь это —

все, что осталось разве что в мечтах

и на бумаге, только без ответа…

Когда-нибудь… Наверно – никогда.