Новая семейная хроника

Не спросишь ветер,

потому что он все равно не ответит

и не дослушает до конца вопроса —

сгинет быстрей, чем сгорит папироса

и уронит пепел на лист опавший —

все равно его считает пропавшим —

ветка, дерево – дуб, осина…

У соседа вырастут еще два сына —

впику твоим, да еще девчонка,

на которой короче любви юбчонка…

В этих краях не любят долго —

все равно от любви никакого толка —

в этих краях… В таком селеньи

считают столетия на поколенья,

на колличество каши и щей в кастрюле.

И из ласки – детское: «Люли-люли!»

Баю-баю – кошачьи сказки…

Только кошки мышкам не строят глазки,

как не строят глазки и все соседи —

здесь добрее голодной зимой медведи…

Даже волки добрее в дремучей чаще,

отпуская с богом совсем пропащих…

Ночью в этих краях замерзнуть —

как «два пальца». Такие звезды! —

снятся стынущему в сугробе:

супчик, женщина… что-то вроде.

Что-то вроде последней встречи —

с дровосеком, птицей, как «Добрый вечер,

со свиданьицем – свиделись, слава Богу!

Не прошло и пол жизни, как я в дорогу…»

Снятся дети, жена, соседи —

не эти, что хуже и злей медведя.

Снятся пряники – нет – баранки.

Снится как в детстве катался в санках.

Снится как отпустил синицу

в синее небо – не пригодится!..

Может быть кто-то еще поймает —

нет – так и лучше – пускай летает.

Может быть журавлем родится,

ну а нет – так и так сгодится

новым рукам и еще живому —

не ушедшему далеко от дома…

Снится еще как в последний вечер

были с женой и детьми на речке.

Как на нее вдруг туман слетает!..

Снится – авось, до весны откопают…

    1997

Отрывки из писем

…голубой цвет лагуны. Немного нервный…

Я, в неброском костюме, свои наблюдаю черты —

в потускневшем от влаги зеркале, в пости что сером

варианте неба, в его отраженье. В варианте воды.

………………………………………………………….

………………………………………………………….

Я пишу тебе снова из этих чужих широт.

Для тебя не знакомых – ну, может быть, по открыткам.

От того тоскливее строчки и больше длиннот

в описании местности, уподоюляясь свиткам.

……………………………………………………………

……………………………………………………………

……………………………………………………………

Здесь все также, как я писал тебе. И народ

так же глуп и несчастен в своем понимании жизни,

так же мерзок, как первый утренний бутерброд

после пьянки вечером, но это всего лишь мысли,

правда – мои.