После мюзикла

«Дней святых угодники…»

Дней святых угодники

и традиций вестники—

Ленин на субботнике,

Троцкий на воскреснике.

«Не знаю, мир наш безупречно…»

Не знаю, мир наш безупречно

устроен или не вполне,

но говорят, что Я не вечно,

а только временно во мне,

чем каждый, якобы, и дорог, —

такой вот в личном плане морок, —

не убоись, душа моя,

ты мне и я тебе не ворог,

и пусть кто хочет – сушит порох,

ничто не вечно, кроме Я.

«Подумаешь, желток-белок…»

…И приветствую звоном щита!

    Александр Блок

Подумаешь, желток-белок,

но пуле-дуре не чета,

и прав был Александр Блок

в том, что не стоит без щита

в жизнь приходить, хотя б на срок,

ни для восторженных оваций,

ни страхов ради, ни дорог,

ни просто так потусоваться.

«А чего мне глядеть вперёд…»

А чего мне глядеть вперёд,

вычисляя, за что бороться, —

инородцы и есть народ,

а начальники – инородцы.

Было так и пребудет впредь,

и хоть вывернись наизнанку,

продолжается круговерть,

кто бы там ни крутил шарманку.

«Известный творец неизвестных поэм…»

Известный творец неизвестных поэм,

не хвастая, любит рассказывать всем,

что в гости приходит к нему во дворец

известных поэм неизвестный творец

во всей своей, падла, сермяжной красе,

чему сопричастны практически все.

«Бывают засухи и ливни…»

Бывают засухи и ливни,

и если Библия не врёт,

народа нет жестоковыйней,

чем Богом избранный народ.

Forever вот тебе and ever

в краю свиданий и разлук,

где с юга Нил течёт на север,

а Волга – с севера на юг.

Вечер с nostalgie

Я застрял бы лучше в лифте,

чем, допустим, жил в Египте,

но и там ведь есть народ,

если радио не врёт.

Просто лезет вон из кожи

тот народ и день и ночь,

так меня терпеть не может —

чем же мне ему помочь?

А в России, а в России

на руках меня носили,

вспомнишь – прямо Страшный суд:

и не хочешь, а несут.

Встречи

1.

Со встречи с кесарем раввины

навстречу Богу шли с повинной,

как будто это их вина,

что жизнь по-прежнему одна,

хоть и невесть какая цаца,

и с ней приходится считаться,

что если возжелает кесарь

явить такую благодать,

то, значит, будет, как профессор,

раввинам лекции читать,

и чашу ту испьют раввины

до дна, а не до половины.