Приют для Души… (сборник)

Легенда гласила, что неизвестно в какие времена на втором посту таинственно погиб солдат срочник. Таинственно, потому что все подробности были тщательно засекречены. Трудно было даже узнать наверняка, было это или нет. На прямой вопрос, одни офицеры отмалчивались, другие отшучивались.

И вот, однажды, когда мы сидели в курилке батальона, один из контрактников поведал нам эту историю. Так, мол и так, все верно, был такой случай. Солдат срочник, которому до дома оставалось меньше месяца, получает письмо от девушки, в котором синем по белому написано, что ждать она его больше не может, любить не любит и ничего общего иметь не хочет.

Он, конечно, очень расстроился, о письме никому не сказал, и тем же вечером заступил на второй пост. К слову, там был не только прод склад. Еще был склад всякого хлама, вроде старой обуви, одежды, посуды, и еще много различных не нужных вещей. Старая дизелька, не рабочая, но имеющая статус резервной. Но самым главным был так называемый» Железный ряд». Около двадцати списанных, почти разобранных грузовиков, мирно ждали утилизации. В некоторых из них сохранились сиденья и стекла, что позволяло спрятаться от пронизывающего Владивостокского зимнего ветра. Летом, можно вздремнуть под одной из машин. Дальше история разветвляется. Толи он покончил с собой, толи уснул и замерз в одной из машин. Но, с тех пор его, не упокоенная душа ходит по посту черной тенью, и следит что бы патрульный, тщательно выполнял свои обязанности. Кто-то сказал, что лично видел призрака во время несения службы. Мы посмеялись, решив, что, таким образом, нас решили призвать к прилежному выполнению своих обязанностей. Вечером на пост заступил рядовой Иванов. Как я уже сказал, зима в Приморском крае суровая, особенно для тех, кто прибыл из Ульяновска и Самары. Ватники, подбушлатник, тулуп, валенки и шапка ушанка. Передвигаться в этом наряде было крайне сложно, а уж противостоять нарушителю, просто нереально.

Иванов долго мерил пост шагами.

Всматривался в темноту, выискивая потенциального нарушителя. Но все было спокойно. Ему стало скучно и холодно. Захотелось курить. Он несколько раз прошел вдоль железного ряда, осмотрелся, и, убедившись, что все в порядке, забрался в кабину старенького Урала. Достав из валенка пачку Петра, он с наслаждением закурил. Вспомнил дом, друзей, жизнь на гражданке. И сразу стало теплее и на душе и в машине. Все бы ничего, если бы не позыв в туалет.