Неформат (сборник)

Идеалы? Которые – уже на свалке, другие набрали крепость железобетона и цвет соответствующий.

И все мы – по уголкам своим: вместо ухарства – водка, вместо устремлений – планы, вместо блеска в глазах усталость. И столько всего жито-пережито… Кажется, что всё главное в жизни уже позади. Перебираем воспоминания, как хомяки зерно между щеками, а потом созерцаем мокрую кашицу. Двадцать лет спустя…

А из всего, что пережито, уже мало что сильно цепляет, будто неважное выветривается, ржавеет и отваливается. Учителя опрокинуты, друзья – в делах, женщины любимые – замужем давно…

…

И в те моменты, когда худо совсем, вспоминаю я одну девчонку, с которой и знаком-то был – вечер всего.

Был день рождения в общежитии и компания случайная, и была там эта девчонка: грустная, потерянная. И был я – пришлый варяг, однодневка, не пришей рукав, но вроде всё ещё свой.

Поймал я тогда взгляд её и понял: плохо человеку, очень плохо. «Чем помочь-то?», – спрашивали мои глаза. «Любви хочу, хоть на минуту, хоть на ночь одну», – её отвечали.

И выпали мы оба из компании: вроде и людей здесь много, а вроде и только мы вдвоём. И спать вместе легли – в той же комнате, на кровати. И не видели, и не чувствовали никого: только друг друга. И отдавалась она мне так, как будто первый и последний раз в её жизни.

И под утро, горячим шёпотом в самое ухо, узнал я самое сокровенное: «Двенадцать мне было. А их четверо: затащили в общежитие. И матрас там был голый, без простыни, с клопами…».

Никогда раньше я не задумывался об изнасиловании, никогда не сталкивался с таким. Что-то во мне натянулось и едва не лопнуло: так сильно хотелось помочь ей превозмочь эту боль.

И я сказал ей: «Перед тобой мужчина, который никогда не изнасилует женщину».

…А наутро я проснулся один. Она исчезла из общежития, из города, из моей жизни. Имя? Имя я потом узнал. Да что в имени её?

Всё ушло, утекло, убежало. А вот обещание осталось… Спасибо тебе, Наташа!

…

Годы щёлкают, как патроны в обойме.

Мы когда-то учились любить, а теперь учимся жить без любви. Вспоминаем правила, над которыми смеялись… Назад оглядываемся с грустью, и лишь иногда – с ностальгией.

Что прошлое? Дымка? Туман?

Нет, ещё и обещания.

Про Умку, её умище, ослика Иа-Иа и йо-йо

Подарили как-то Умке Йо-Йо.