Coi Bono? Повесть о трагедии Гуш Катиф

Виктора ухо привлекло, и он, разглядывая торчащие из лепёшки жёлтые волосики, сообщил:

– О весёлых девочках!

– Вот как! – следователь карандашом постучал по столику. – Это о тех, которые…

– О тех самых…

Вытянувшись в трубочку, губки следователя спросили:

– Шутишь?

«Какой у него малюсенький ротик!» – подумал Виктор и в свою очередь спросил:

– Разве в этом помещении шутят?

– О женщинах на какое-то время забудь! – не поднимая глаза, следователь пошевелил кустиками бровей.

– Забыть?

– Начисто!

– Господи, а ведь так не хочется!.

.

– Придётся…

Ощутив сухость в горле, Виктор сказал:

– В таком случае буду думать о прохладительных напитках.

– Нет!

– Не думать?

– Нет, родной мой! Ни о чём таком, понимаешь?

В комнате было душно и влажно.

Виктор лизнул губы.

– Мне отвечать? – спросил он.

Следователь поднял утомлённые глаза.

– Отвечать, голубчик, ты обязан!

– Каким же это образом, если не разрешаете думать?..

Следователь укоризненно прошептал:

– Я сказал «ни о чём таком…»

– Так ведь ни о чём другом здесь не думается…

«Гадёныш!» – мелькнуло в голове следователя, а ротик попросил:

– Ты уж, родненький, напрягись, а шутки свои принеси в жертву…

– В жертву? – испуганно переспросил Виктор.

Карандаш снова постучал по поверхности столика, только на сей раз менее угрожающе.

– Наш праотец Авраам, – напомнил, улыбаясь, следователь, – был готов принести в жертву даже родного сына…

– Да-да, припоминаю, – согласно кивнул Виктор.

 – Действительно, Авраам был готов принести страшную жертву, но ему было легче, ибо знал, кому её приносит…

– Что? – вскинулся следователь. – Что ты имеешь в виду?

Отвёдя задумчивый взгляд в сторону, Виктор пояснил:

– Ни наш премьер-министр, ни президент США, ни даже вы – не очень-то напоминаете Создателя…

Вздрогнув, губки следователя устало осели и, чуть погодя, попросили:

– Попридержи язычок, уважаемый!

Виктор тяжело вздохнул.

– Не получится… – с тоской объявил он.

 – Разве мыслимо отвечать на вопросы без участия языка?

На лице следователя обозначилось подобие улыбки.

– Мыслимо, сладкий ты мой! – процедил он сквозь зубы.

– Правда?

– Помогу! – прищурив один глаз, пообещал следователь.

«Уж придётся тебе…» – подумал Виктор.

– Итак, – язык следователя, лизнув уголок рта, тут же спрятался, – будь любезен и назови своё имя, фамилию, год рождения, место рождения, место жительства, семейное положение и род занятий.