И снег приносит чудеса

Во-первых, Гена был председателем районного клуба фелинологов-любителей, а во-вторых, по счастливому стечению обстоятельства Гена тоже носил фамилию Шмаков. Это был знак судьбы, по крайней мере в вопросе смены фамилии можно было фактически остаться независимой. Однажды, поглаживая Гену Шмакова за ухом, Нина Степановна сказала «да» и долгая семейная жизнь бухгалтера Шмаковой и технолога Шмакова началась.

Октавиан Август был любимцем семьи и вожаком кошачьего семейства. Геннадий Петрович Шмаков вывез его из кошачьего приюта в Торре Арджентина, в Риме.

Полный тёзка первого римского императора был котом вальяжным и добродушным, хорошо знал себе цену и понимал, что он хозяин положения. Летняя дача Шмаковых под Коломной меньше всего напоминала древнеримские развалины, но Октавиан Август и там смотрелся настоящим императором, возлежа у фонтана и лениво пережёвывая кусочки кошачьей еды со вкусом крольчатины под чесночным соусом. Зимой, когда кошачья колония перекочевывала в городскую квартиру, Октавиан Август первым осматривал гостей семьи, благосклонно разрешая переступить порог.

Строгая Нина Степановна только перед котами готова была жертвовать независимостью. Из строгой бухгалтерши за десять роковых минут, предшествующих кормлению котов, она превращалась в робкую итальянскую гаттару, с придыханием повторяя на все лады «кис-кис» и рассыпая по мискам вожделенную еду. Правда, эта метаморфоза прекращалась ровно через десять минут, в Нину Степановну вселялся дух контроля и учета, железной рукой она сгребала миски и почти на час доме устанавливались тишина и покой.

Тиберий, Гальба, Клавдий – эти коты были из одного помета, каждого из них Нина Степановна определяла по особым пятнам на правом боку. Самым сумасбродным котом, как и полагалось был Калигула. Два раза в год он исполнял песнь влюбленного фавна так грустно, что Нина Петровна готова была сама ему отдаться, лишь бы не слышать этого рыдающего гласа страждущего императора. Ни Аспазия, ни Археанасса, ни Гликерия не могли удовлетворить Калигулу.

Это было под силу только бухгалтеру Шмаковой.

Рецепт этого странного действа она не рассказывала никому, даже технологу Шмакову. Три капли валерьянки пролить на голую коленку, затем немного лавандового масла растереть в ладонях, а затем Калигула сделает все сам. Важно только в такт распевать латинское:

Karissima, noli tardare

studeamus nos nunc amare

sine te non potero vivere

iam decet amorem perficere.