Стихия

Я осторожно приоткрыл глаза. В палате никого не было. В голове сразу же слабо зашевелились мысли о возможности выбраться. «Но куда я пойду?» – задал я вопрос сам себе. У меня же теперь никого нет.

Слишком тяжело встать… Слишком… Усталость навалилась на меня всем телом. Я вдруг осознал, что мне не хочется никуда бежать. В этой жизни можно изменить всё, что только пожелаешь, но умерших никогда не вернуть. Когда-то и я говорил себе: «У меня не получится, я не смогу». Как же глубоко я ошибался. Теперь я понял – человек может преодолеть всё, кроме смерти.

Слёзы навернулись на глаза. Я обвинял себя во всём на свете! Мне казалось, что я был ужасным сыном, поэтому Бог забрал у меня моих любимых и родных людей. Так зачем мне теперь куда-то бежать? Зачем вообще вставать с кровати, если я не смогу ничего исправить?

«Будь, что будет…» – решил я и закрыл глаза.

Глава 3

После смерти родителей меня забрала к себе в Россию бабушка по материнской линии.

Её звали Дина.

В молодости она влюбилась в русского мужчину Владимира. Он отвечал ей взаимностью. После свадьбы они купили дом и долгое время жили в Нетании. Впоследствии, дом был подарен на свадьбу моим родителям, а бабушка с дедушкой поселились в России, в небольшом городке, в уютном домике возле леса. Сейчас бабушке шестьдесят девять лет, её муж умер пару лет назад. Я не присутствовал на похоронах по желанию родителей, они всегда считали меня чересчур чувствительным мальчиком и не хотели травмировать мою психику.

Бабушка болезненно перенесла известие о смерти моих родителей. Горе подкосило её и так не безупречное здоровье. Несмотря на тяжелое состояние, бабушка Дина занималась необходимыми документами, продажей дома и заботой обо мне. Она не хотела, чтобы что-то напоминало мне о трагедии, поэтому увезла меня жить в Россию.

Бабушкин дом находился на окраине небольшого провинциального городка. В целом, я был доволен обстановкой: живописная природа, свежий воздух, мало людей, живущих по соседству.

Мне не хотелось заводить новые знакомства. После трагедии я замкнулся в себе и перестал общаться со сверстниками. Моим другом была лишь природа. Я каждый день гулял в лесу. Шепот листвы действовал на меня успокаивающе, как тихий разговор по душам.

Бабушка была не против моих прогулок в лесу. Она понимала меня и не настаивала на том, чтобы я проводил как можно больше времени с людьми. Я был благодарен ей за это.