Байки про Фею и Ганнибала. Cны о прошлом

 – Так и есть, опять эти твои чертовы клыки. Ну, сколько можно?!

Я виновато скуксилась, проводя языком по еле заметным клыкам, которые вырастали по мере того, как во мне просыпался хищник. Я попыталась отшутиться:

– Я всё-таки фея лесной крови… Вот и…

– Многих покусала?

Я густо покраснела и сжалась в комок:

– Нет… только в шею… мне нравится кусать.

Ганнибал прошипел, и еще раз посмотрел на клыки:

– Будь осторожна.

– Я тихонечко. Чесслово. Никто не пострадал… даже…

Медвежонок пнул меня и сел прямо на книгу:

– Точно, Фейка, клыки клыками, но пора тебе стать человеком!

Я хмыкнула:

– Нет! Ни за что! Я их не люблю, людей-то…

– Ты просто не умеешь их готовить, – ухмыльнулся Ганнибал и продолжил чтение. – Ладно, живи! Всё равно уж так лучше, чем притворяться.

Я благодарно кивнула. Он сидел, хихикая над похождениями безымянного для меня героя, а я замерла вновь у окна, считая звезды и снежинки, и лишь иногда проводила языком по маленьким, но острым клыкам…

Байка 10. Про отдых и большую грудь

– Ну ты и… Фейка! – писк этот был знакомый и узнаваемый из тысяч. Я убрала с лица платок, чтобы с недовольством отметить – так и есть, Ганнибал сидел напротив меня, сердито скрестив лапки на груди, и ворчал.

Поначалу я даже подумала, ну всё, приехали. Второго Гани в виде галлюцинации я не переживу. Медведь ведь остался дома, потому как не переносил две вещи – жару и холод. Ах, да, и еще дождь. То у него наполнитель намокнет и станет похожим на кошачий туалет, то у него нитки могут загнить или же наоборот, глазки сплавиться.

– Уууумм, – пробурчала я и намочила платок водой. Не хватало мне солнечного удара.

– Ты чего? Я с кем это разговариваю?! – Вспылил он и заполз мне на колени. – Тьфу, всем ты, Фейка, хороша, только вот грудь у тебя ма…

Он не договорил, потому как был зверски зарыт в песок. Когда Ганя начинает отвешивать мне комплименты насчёт груди, это можно остановить лишь одним способом – насилием.