Сопромат

– Да если б только в задолженности дело… – вздохнул Михаил и достал из сумки, притулившейся к стулу, черную папку.

– Вот давайте посмотрим договор. Так… – Михаил вытащил из папки толстую стопку бумаг и быстрыми движениями вытащил несколько страниц. – По нему вы обязаны сообщать о смене места работы, семейного положения, адреса, ну и так далее. Мы проверили ваши данные. Вы, оказывается, уже полгода не работаете в Бюро Маркина.

– Да… все верно. – сказал Умрихин, и мышцы под скулами ритмично запульсирвали.

– Воот, – как будто обрадовался Михаил. – А с банком вы это не обсудили. Ну что ж вы так, это же ваша квартира, ну и по документам я смотрю, ни у вас, ни у супруги больше недвижимости нет.

Со стороны касс послышался грохот от упавшего пластикового подноса и чей-то короткий испуганный возглас. Мимо их столика пробежала встревоженная уборщица со шваброй.

– Машину вы продали, на вашем счету… – Михаил достал из папки листок с таблицами.

– Все-то вы знаете, – усмехнулся Умрихин.

– Ну, а что делать, работа такая, – развел руками Михаил. – Я ж раньше следователем работал, да вот на пенсию досрочно отправили, аттестацию не прошел. Если честно, там приятнее было работать, хоть и грязи до черта. Там цель одна – злодея прищучить. А здесь? Думаете, приятно нормальных людей на чистую воду, так сказать…

Михаил вытер со лба пот и с силой сжал платок, как будто собирался его выжать досуха.

– В общем, так, Андрей Владимирович, банк решил пойти на такие условия. Вы должны вернуть семьдесят тысяч долларов в счет задолженности с процентами и за год вперед. Этого нет в договоре, но зато там есть пункт о нарушениях, на основании которых банк может выставить квартиру на аукцион уже завтра. Поэтому можно считать, что сейчас банк идет вам навстречу. Вы понимаете?

– Сроки… – выдавил Умрихин из пересохшего рта.

– Месяц, начиная с завтрашнего дня. Вот моя визитка. Как только соберете необходимую сумму, сразу звоните. В любое время, хоть ночью.

– Только одно… Одна просьба, – сказал Умрихин. – жене не говорите.

Михаил кивнул с улыбочкой. Умрихин, прищурившись, глянул в окно – дети все также наивно смотрели со щитов, а памятник потемнел еще больше.

VII

Он знал, что сны имеют обратную перспективу.