Жители ноосферы

– Ну и зачем ты меня искала – специально, поди, из Москвы приехала?

– Ага. Это…

У хиппарей есть свой особый язык. Какой-то квакающий. Они на нем шпарят ну очень бойко, а слова остального пипла забывают. Дашка все время словарик в голове листает.

– Ну я, короче, к тебе – а то к кому еще?

– Смотря зачем.

– А я беременная.

На мой хохот Зинаида Ивановна из коридора заглянула. Нет, лучше пойдем мы с этой дурехой во двор – там спокойнее.

– Я тебе что – женская консультация? – спрашиваю, усадив Дашку на мокроватую со вчерашнего дождя лавку и плюхнувшись рядом своими кожаными штанами.

– А я от Пашки беременная.

– И все-таки я не акушер-гинеколог.

– Чего?

– …Деда моего! Ты другие слова какие-нибудь знаешь?!

От моей ярости скамейка ходуном заходила. А она – тормоз тормозом – смотрит сквозь лохмы.

– Закурить дай.

– Тебе вредно… мать-героиня.

Но даю – подавись!

Откуда ей знать, что самая жгучая язва моей жизни – дети, которых у меня нет… или мужики, которые не хотят, чтобы дети у меня были? Дашке на мои годы смотреть снизу, задирая подбородок, и не высмотреть ни фига.

– Тебе лет сколько?

– Восемнадцать.

Совершеннолетняя, значит. Не светит Пашке статья. Хотя какая там статья у хиппи…

– Знаешь что, Даша, – говорю, – у меня твой… наш Пашка восемнадцатым номером записан, и после него еще десяток, – вру, конечно. – И хотя мы с ним классно провели время, это время кончилось почти полгода назад, в июне, въезжаешь? Так что чем я могу тебе помочь, при условии, что не принимаю роды и не выписываю колеса, ума не приложу.

– Не… мне не аборт. Это вообще нельзя. Не по природе. И колеса не нужны. Пока есть, а заломает – знаю, где взять.

– Господи, кого же ты родишь?!

– Кого по природе положено.

Удушила бы за такое хладнокровие!

А может, я просто к ней ревную?

– Я пошла, Даша, приятно было познакомиться, но меня работа ждет.

– Не, погоди. Это… я тебе главного не сказала… Хочешь, я тебе своего ребенка отдам?

Не судьба мне оказалось со скамейки встать – коленки задрожали, как отбойные молотки.

– Я… это… уже решила. Пашка говорил, ты детей хочешь, а они у тебя не родятся. Может, природа против. А мне ребенка куда? Пашка дальше уехал.

Облегчением от этой новости ошпарило. Я точно ревную.

– В Читу, к буддистам. Сказал: «Вкус московской жизни за десять лет не изменился.