Расслабься, крошка!

Так что предложение прийти к нему хотя бы на пробы заметно повышало статус Антона в его собственных глазах. Журналистка же вообще должна была упасть в обморок от восторга.

Она почему-то в обморок не упала и вроде бы даже не прониклась. Вместо этого девица ехидно поинтересовалась:

– Насколько мне известно, Альмухамедов уже утвердил на главную роль Егора Черского. Как вы к этому относитесь?

Официант шел так медленно, что Антону захотелось встать и дать ему пинка под тощий зад.

Получив свой мохито, Антон жадно отпил половину и лишь потом с деланым равнодушием спросил:

– А я должен относиться к этому как-то по-особенному?

– Ну как же, – усмехнулась девица. – Во-первых, Черский все-таки не актер, а лишь телеведущий без особого киношного опыта. А во-вторых… Вы ведь в свое время у него девушку увели, не так ли?

Вот паршивка!

– Не уверен, что Черский уже утвержден на роль, – быстро сказал Антон, а потом, спохватившись, добавил: – То есть мне об этом ничего не известно.

Режиссеры сами выбирают актеров. Если Черский так приглянулся Тимуру, это его выбор. Но, как вы верно заметили, у Егора нет киношного опыта, так что…

Речь в его устах выглядела достаточно жалко, потому Антон стушевался и мрачно уставился в окно, где с хмурого неба лил проливной дождь.

– В каких вы отношениях с Черским после того, как его девушка ушла к вам?

– Никто ни от кого не уходил, – холодно сказал Антон.

– Но как же…

– Так же.

Это давняя история, выдуманная прессой. С Егором мы в прекрасных отношениях. Недавно я участвовал в его телешоу. Мы перезваниваемся и часто видимся. Так и запишите.

– С бывшей женой, актрисой Голубевой, вы тоже часто видитесь?

Это было уже перебором. Допив мохито залпом, Антон резко встал, бросил на столик пару купюр и, не попрощавшись, направился к выходу.

Хорошо, что не стал за нее платить!

Настроение, и без того не блестящее, после встречи с журналисткой испортилось окончательно.

Казалось, после почти двух лет закалки должен был удержаться от раздражения, и вот… не удержался. Антон зло сощурился и с такой силой вдавил педаль газа в пол, что из-под колес полетели жидкие комья грязи.

Какое-то время Антон просто мчался по шоссе, а потом, немного придя в себя, стал размышлять, куда это он, собственно, так торопится. По всему выходило, что торопиться некуда.