Отравленная сталь

– Времени у нас мало, – взяв в руки командование, сказал Костя. – Сделаем так: я звоню Артуру, может, он чего присоветует. Вы езжайте по домам. Собирайте деньги. Я вам позвоню. Через сколько вы будете дома?

– Без разницы, – доложил Виталик. – У меня есть сотовый, у Лены тоже. Звони в любое время.

– Как это?

– Да очень просто! – Виталик достал из кармана куртки трубку мобильного телефона. – Видишь?

– И что? До любого места достает?

– Ну, может, не до любого. Но мы ж тут все недалеко от центра.

– И ты мне можешь позвонить?

– Могу.

И тебе, и Лене на сотовый. И она – тоже.

– Ну, ты даешь! Вот это штука! Дорого?

– Не дороже денег.

Виталик с Леной оделись и вышли, а Костя принялся названивать Артуру. Тот сидел на работе и скучал. Костя поведал ему об их затее, рассказал и то, что он с Виталиком на постоянной связи. Такое чудо техники тогда было редкостью.

– Виталик знает это место? – спросил Артур. – Там неподалеку институт теплотехники. Он должен знать.

– Ну, да. Был там пару раз.

– Отлично. Я тоже был. А ты?

– Нет, не припомню.

– Там пустыри, какие-то склады, стройки. Место довольно темное. Выходишь на Сигнальный проезд, – темнота – глаз коли. Светлый пятачок только возле метро. Вот вы с него и не сходите.

– Ясно, – сказал Костя.

– А темноту мы в свою пользу обратим.

– Есть идеи?

– Пока нет. Но я подумаю.

– Времени мало, – предупредил Костя.

– Дай полчаса. Полчаса вас устроит?

Костя положил трубку и крепко зажмурился. Чувство, которое он сейчас испытывал, он назвал бы нештатным.

Как все люди с избытком тестостерона, он терпеть не мог незаконное вторжение адреналина. Он подошел к зеркалу. Это что, возраст? Внутри возникали и лопались, как пузырьки, невнятные опасения, элементы тревоги, всякие глупости, и мысли разбегались в разные стороны. Потом все становилось на свои места, приобретало жесткость кристаллической решетки, и вновь рождались угрожающие деформации, стремящиеся разрушить жесткую конструкцию. Но воля держала ее. Он не испытывал ни волнения, ни страха, он просто прислушивался к себе, к новым ощущениям.

«Человек – царь природы и химический раб своих гормонов, – решил Костя. – “Мы не господа положения, но по положению мы – господа”».

Вернуть бы былую мощь. Нет, и силы не те, и время не то. Сейчас туда люди и с оружием могут явиться. Запросто! Поэтому все предусмотреть надо. Под пулю попасть не страшно, страшно под пулю подставиться. Оплошать страшно.

Костя потер подбородок.