Закулисный роман

Я Аду в плечо толкнул и пошутил:

– Сибиллу тошнит, несите тазик!

А она этак коротко на меня взглянула и спросила:

– Это ведь Вацлав, так? Тот самый сюрприз, который ты обещал?

Тут и Ксения наконец прозрела, соскочила со своего места, блузка у нее на груди затрещала от наплыва чувств. Она кинулась к Левандовскому на своих поросячьих ножках и заголосила:

– О-о, я знала, я чувствовала! Я предвидела, что, если мы соберемся все вместе, ты ощутишь наш энергетический зов и придешь…

Надо сказать, Ксения в последние годы ударилась во всякую метафизику, вроде даже пыталась вызвать дух Багринцева.

Могу себе представить: является к ней старый козел и спрашивает: «Ты чего так разжирела, супруга моя верная?»

В общем, картина Репина «Приплыли». Вацлав ухмыляется, Ксения трясет бюстом, Вероника таращится на кумира, Ада хмурится – ну понятно, рассчитывала быть на проекте главной звездой, а тут неожиданная конкуренция, Катька зеленая вся. И только Влад озирается по сторонам, явно не въезжая, что происходит.

– Вы чего это все? – спрашивает. – Трехнулись, что ли? Это кто ваще? – Потом пригляделся, со сцены спрыгнул и чуть не бегом кинулся к своему старому приятелю. – Вац! – орет. – Чувак, это ты? Ну пипец!

Влад подзастрял в образе продвинутого подростка. Сорокет стукнул «клевому перцу», рожа вся изжеванная, башка седая наполовину, а он до сих пор футболки с идиотскими картинками носит, уши плеером затыкает и базары разводит, как диджей с MTV.

Тут я решил взять ситуацию в свои руки.

– Ребята, ребята, – говорю, – такую встречу надо отметить!

Все обрадовались сразу, что нашлось какое-то дело, забегали, кто-то в буфет сгонял, кто-то музыку врубил, вспомнили молодость, короче говоря. Создали кое-как неформальную обстановку. Ада, правда, пыталась отговориться, что им с дочерью по делам нужно, но нахальная девка фыркнула и уселась за стол вместе со всеми. Эта Вероника, девчонка, конечно, симпатичная, вся в мать пошла – фигура что надо, мордашка, как у куклы, но оторва та еще, сразу видно.

Девятнадцать лет, а на мать уже плевать хотела. Пороть их надо, пока поперек лавки умещаются, спиногрызов этих, потом уже поздно – по своим знаю.

Ну, выпили по первой. Я рассказал про нашу с Вацлавом историческую встречу на далеком Альбионе.

– Ну точно! Я так и знала. Вы – Дэмиэн Грин, – объявила Вероника. – Я все ваши спектакли видела, в записи, конечно.

Вацлав шутливо с ней раскланялся.