Последний мужчина

– Осторожнее! У него ещё семь или восемь стихов «К Лесбии», – к чему-то выпалил Сергей, цепляясь за самую невероятную возможность помочь бедолаге.

– Мы и полагаем, наш парень… – с осторожностью прошептал красный платок, потирая руки.

– Вы не поняли, – перебил Сергей.

– Зарождение любви! – человек в стальной мантии вдруг рассвирепел и вновь ударил по столу ладонью. Свеча напротив погасла. – Даже один росток – гибель! Я слышал, она и сейчас где-то поблизости?

– Да, ваша честь. Её сегодня видели на скалах, – снова с готовностью откликнулся красный платок.

– Кто видел?

– Вот он, – и указал на гостя.

– В клетку жабу! Обратно в клетку! – зарычал главный.

– В клетку! В клетку! – одобрительно закивали остальные.

– Хорошо, – тихо проговорил муж Хельмы.

– Нет! Этим займутся уже они! – Председатель вытянул руку в левую сторону. – А тебе, Регонд, придется исполнить начало книги. Впрочем, издатель с рыжей бородёнкой из тебя лучше, чем исполнитель! Помнишь? Прошлый роман? – он усмехнулся и щёлкнул перстнями на пальцах, указывая на Сергея.

– А как же день рождения? Я ведь исполнил все! – в отчаянии закричал несчастный пленник из каюты двести восемнадцать. Никто даже не глянул в его сторону.

И тут двери скрипнули и в помещение, шаркая тапками, вошла исчезнувшая старуха. Сергей успел заметить пустой угол за минуту до этого. Та, что «состарилась здесь», как заметил вчера Роберт. В руках она держала поднос с огромным бокалом, наполовину заполненным красноватой жидкостью.

«Да ты ещё и старушка-проклятушка!» – Сергей ошарашенно смотрел на происходящее.

– Вспомни, хорошо всё вспомни, Регонд. Это твоя, не чужая, а твоя кровь! Та, какой была она до подписания! – воскликнул главный. – Получи же своё обратно! Явор!

– Явор! Явор! Явор! – согласно закивали остальные.

Вдруг Сергей с ужасом увидел, как откуда-то сверху на них начали медленно опускаться белые балахоны.

Старуха сжала ладонями бокал и поднесла к его губам. Регонд вздрогнул, тело, вибрируя, загудело, лицо перекосило от ужаса. Низкий гул, ширясь, заполнил помещение. По судорожным движениям головы было видно, что он старается отвернуться от рук старухи.

В этот момент балахоны с шелестом накрыли присутствующих. Кровь, разливаясь по щекам, потекла мужу Хельмы в рот. Он вдруг закачался. Глаза вылезли из орбит.