Последний мужчина

А кто ты? Впрочем, говори. Молчание мне до смерти надоело, – голос снова усмехнулся зловещему каламбуру. – Но ты поможешь мне.

– О чём мне говорить с тобой? И как можно помогать смерти? – выдавил Сергей. – Я боюсь тебя. Даже если ты на самом деле здесь, что мне с того? Уходи, прошу… уйди.

– Увы, увы, – шепот стал громче. – Есть неисполнимые желания. Попробуй другое.

– Я не знаю… и не хочу. Любой, окажись на моём месте, не знал бы, что можно с тобой обсуждать. Даже себя слушать мне страшно. Что уж говорить о тебе.

– Может, я знаю, чего не знаешь ты? – вкрадчивый голос уже только слегка походил на шепот.

– Наверное, так и есть. Если хочешь сказать мне об этом, говори и уходи, – чувствуя свою беспомощность, прошептал Сергей.

– Помнишь того смертника, приговорённого?

– Конечно.

– Он ведь убил стольких людей, но умер не в первый раз, когда такое случилось. А лишь на седьмой или на девятый, уже и не припомню, – с сожалением произнесла она. – Как думаешь, отчего я не забираю таких сразу?

– Не знаю, – всё ещё растерянно, не готовый к диалогу с такой собеседницей, выдавил Сергей.

– Значит, убить человека – не самое страшное. А если так, раз ему отпущено время для прощения, смерть не положена. Да не каждый воспользуется временем.

– Что же ему положено? И что может быть страшнее убийства?

– Приучились же убийства связывать со мной! – в голосе послышалось возмущение. – Как говорится в одном фильме – «вжик… и ты на небесах». – Впрочем, далеко не все. Мне же приятнее, когда прихожу к естественной кончине.

Никаких тебе неожиданностей. Ковыляю, так сказать, вдоль очереди. Некоторым помогаю продвинуться вперёд, хе-хе. А другие сами просят, хватают и хватают. Раз чуть косу не вырвали. Да ты и сам видел.

– Ничего я не видел!

– Да? Ну так всё впереди… Ведь ковыляю-то не одна. Целый хвост бесов… даже вперёд выскакивают. Оттого человек и видит их перед самой смертью. Тьфу, передо мной. Закон природы, – она вздохнула, – увидеть тех, кто ждёт тебя там. – Голос на мгновение умолк.

 – Не все выдерживают, между прочим. Так что случайная смерть в некотором роде терпимее, – она снова вздохнула.

– А что, – изо всех сил стараясь подавить страх, спросил Сергей, – те ждут всех? И только они?

– Всех. Не одни, конечно. Но надежды мало. Как можно надеяться на остывшую жизнь, убитую вами. Холод – помощник в сохранения тела, а не души. – Она замолчала.

– Да вы никак переживаете? – чуть погодя с удивлением выдавил Сергей.

– Приятного мало.