Последний мужчина

Оцени степень цинизма в торге! А вы – проститутки, проститутки… Никак не уразумею – одни гибнут, другие получают награды. Слёзы порождают радость. Вы для меня загадка. Бывало, смотрю, глубоко так задумается, изредка, между банкетами в свою честь. С кем только не сидел за столом! С такой дрянью! А сидит, чувствую, вроде корёжит внутри, ломает. Стою рядом и стараюсь в глаза заглянуть, проникнуть. Нет, не ломает. А потом снова похлопают, похлопают – глядь, отошёл. Отогрелся. Даже рад! Слово, что ли, какое знает, чтобы слез не видеть.

Не поверишь, сон – здоровый.

Сергею показалось, голос хмыкнул.

– Ну, как теперь с плюсами и минусами? Чего больше?

Он молчал, потому что знал: аргументов нет.

– Не правда ли, высоковата цена для роскошного, почти королевского юбилея! Какой уж там Достоевский с его недопустимостью одной слезы одного лишь ребенка за чьё-то будущее счастье… Между прочим, так и не прочёл. И закопан старик в одной из тех могил. Для кого скрипел пером? – Она снова замолчала.

На этот раз тишина, повисшая в пещере, почему-то не казалась Сергею гнетущей.

То ли оттого, что устал, то ли что принимал уже всё с какой-то обречённостью.

– Для меня… писал… – прошептал он и осёкся.

– Да твой убийца просто ангел, – спокойно, не обратив внимания, продолжила собеседница, явно занятая другими мыслями. – Но мы отвлеклись, – тон голоса неожиданно изменился. В нем послышались угрожающие нотки. – У меня вопрос теперь к тебе. Помнишь?

Слова заставили снова замереть. Сергею вдруг показалось, будто кто-то невидимый смотрит прямо в глаза.

– Почему ты убил Джеймса?

– Я не убивал, не убивал его! – вскрикнул Сергей, ожидая именно этого – мысль мучила его последние минуты разговора. – Я не хотел делать этого!

– Так не хотел или не убивал? Ведь тот не хотел тоже! Тоже! Тоже…

Вкрадчивый шёпот уже казался ему раскатистым эхом.

– Я не убивал, не убивал! Не убивал!

Он изо всех сил зажал руками уши.

– Папа! Ну что же это такое? Пожалей хотя бы маму! Не меня! Ну к чему все это? Бросаешь дом, семью, едешь, – она растерянно посмотрела вокруг, – в какую-то Тмутаракань.

Живёшь в этой избе… – Ксения с полным горечи лицом стояла у калитки и с отчаянием указала на деревенский дом, на крыльце которого стоял пожилой мужчина. Глаза её наполнились слезами.

Тот медленно подошёл к ней и обнял. Девушка разрыдалась.

– Папочка, ну что ты выдумал? У нас такая семья. У меня прекрасная карьера… мои передачи в самых высоких рейтингах.