Последний мужчина

Помнишь? Сначала найти свои «достоинства», а потом непременно требовать их признания другими. Незатейливая философия, не правда ли? Даже забавно. А ведь вам запрещено искать и требовать.

– Кем и когда?

– В раю. В раю, дорогой. Ведь именно «требование» привело вас на землю, и люди познали меня. Теперь только под ручку со мной вы ищете, требуете, убиваете. Неразлучны, так сказать, – собеседница щёлкнула языком.

– Никто в это не верит, – вырвалось у Сергея.

– Увы. Наступает в жизни момент, когда верят все.

За минуту до моего прихода! Я-то знаю. Да поздно.

– В это тоже никто не верит, – уныло произнёс мужчина.

– Так останови бег и оглянись. Хотя что я говорю. Человек оглядывается назад только раз в жизни. Когда неизлечимо болен. Или в тюрьме. Или… Его останавливают. И появляется время. Много времени. Обернуться и подумать. На больничной или двухъярусной койке. В хосписе или за Байкалом, неважно. Но всматриваясь в жизнь, вдруг понимает, что занимался лишь одним – зарабатывал деньги. Хотя первое слово всегда мутновато.

Придавал этому значение. К примеру, как Майкл Дуглас. Киноактёр.

– Ну вы даёте, – выдавил Сергей.

– Однажды ему задали вопрос: «Что дали вам большие деньги?» Тот ответил: «Спокойствие и уверенность».

– А разве не так? – Беглец отнял от лица руки.

– Они обманули его. Ни того, ни другого Дуглас не получил. Как и подобные.

– Кто обманул? Деньги?

– Да ты не в себе! Очнись!

– А как же последняя роль? Финансист. Сам ведь поражался, почему восхищаются сыгранным подлецом.

– Лукавит, награду восхищением он получил по праву! От подобных-то.

– Так ведь умирал тогда…

– То-то и оно. Понимаешь, спокойствие и уверенность даёт не наличие, а отсутствие больших денег. Есть люди, которые считают именно так. Они всегда последние в очереди ко мне.

– Прямо какая-то оборотная сторона спокойствия!

– Обратная. Сам же так говорил. Но никого не переубедить. И несчастными умирают первые, потому что вторые смерти не боятся. Как твой Толстой. Даже желают… Пардон, забегаю.

Хе-хе. Дуглас говорил это больной, на пороге – спокойствие и уверенность. Уже я с косой заглядывала, а он так и не понял ничего. Не признает его твой воин меж крестов.

– Какой ещё воин?

– То впереди. У тебя впереди. Для меня он такая же загадка.

– К чему мне это? Всё равно никто не поверит… – Сергей снова опустил голову.

– Неверие, – голос опять перешел в шёпот. – Неверие погубило фарисеев в древней Иудее, и они распяли Христа.