Палочки на песке (сборник)

За окном ветряная погода, ветер швыряет кроны деревьев из стороны в сторону, забавляясь и, восторженно подвывая, ныряет в щели гнилых подвалов, пролетает по трубам и скважинам, ударяясь об края и стены потрепанных мусоропроводов, а потом резво выскальзывает из какой-нибудь трещины и кидается тяжелым ударом на дверь квартиры.

Тук-тук.

Он летает, проникая в любую щель, и бесполезно от него прятаться, это только позабавит его, и он радостно будет гоняться сзади, распевая свою жуткую песню, которую находит весьма забавной, со свистом пролезая под всеми дверями и колотя по их рукояткам.

Тук-тук.

Иногда он замирает и просто стоит около входной двери и как будто застенчиво скребется лапами, слегка нажимая на скрипучие доски, но на самом деле за этой робкой деликатностью прячется злая насмешка.

Тук-тук…

Может, это кажется? Это проделки ветра. Каким же простым и забавным кажется ему изобразить, что кто-то стоит за дверью.

Тук-тук!

Или не кажется? Он навязчив. Никита открывает дверь.

Он сидит на пороге. Маленькое ехидное существо, покрытое короткой шерстью, словно сгорбленный карлик, отрастивший себе крылья и длинные уши, чтобы напоминать себе образ чего-то вроде гаргульи. Он сидел, сложив на чуть шиповатый хвост когтистые лапы, нетерпеливо теребя самый кончик своего хвоста.

— Николос! Ты опять пришел!

Существо фыркнуло, чуть обнажив желтые зубы и, хлопнув крыльями, перелетело через порог.

Закрыв входную дверь на цепочку, Никита вернулся в комнату, из которой вышел, где Николос уже непринужденно летал вокруг люстры.

— Слезай оттуда, Николос.

С тяжелым шлепком существо приземлилось на стол и почесало напоминавший человеческий нос.

— Нервы расслабляю. Ты опять слишком долго не открываешь дверь.

— Николос, ты мне помешал. Что тебе нужно?

Существо внимательно глядело желтыми глазами, теребя верхней лапой маленькие твердые рожки на лбу и шевеля большими остроконечными ушами, покрытыми рыжей шерстью, как и все остальное его нелепое тело.

Оно не могло оставаться без движения.

— Пойдем летать, Никита. Ты же можешь. Пойдем летать.

— Какое летать! Ты же знаешь, что я не могу. Прекрати, уймись!

Николос склонил голову набок и выдохнул столбик неприятно пахнущего воздуха.

— Никита, еще раз говорю тебе — пойдем летать.

— Николос! Зачем ты пристал ко мне? Ты же видишь, у меня нету крыльев!

— Чтобы летать, не нужны крылья. Поднять тело в воздух может только сам дух.