Темные легенды. Антология русского хоррора

Грохот, лязг. Металлический визг. Крики – не знаю чьи, люди не умеют издавать такие звуки. Кто-то хлопает дверью. Странный голос, странно выговаривает слова, я их не понимаю. Из фильмов, которые она смотрит, я знаю, что так разговаривают пьяные. Опять дверь. Потом снова ревет мотор – и, похоже, машина уехала.

Я выхожу из своего укрытия.

Вот то, что на дороге, – это она. Я так говорю себе: это она. Будто это не я, а кто-то другой со мной здесь, и он мне говорит: это она.

Во все стороны всё красное.

Красные полосы и пятна. Почему машина не сломалась, если она на нее… если она ее …если она на ней… они от этого не ломаются, что ли?

Я подхожу и вглядываюсь. Она называла меня впечатлительной. Но я просто стою и вглядываюсь с любопытством, пытаясь понять, где тут руки, а где ноги, и почему все так не похоже на то, что я привыкла видеть.

И вдруг у того, что я вижу, открывается рот.

– Вы…зови…

Я стою и молчу. Вместе со словами из отверстия выходит кровь.

Как странно.

Она набирает в то, что было грудью, воздух и говорит (если я правильно разбираю этот набор звуков):

– Милая…помоги…

Я стою. Она еще раз набирает воздух, на этот раз с хрипом, и изо рта вырывается то, что ни с чем не спутаешь:

– Дрянь.

Я отворачиваюсь и бегу. Бегать я почти не умею. Бегу, но вскоре перехожу на шаг. Иду. Иду. Вспоминаю запрещенное слово «устала». Наверное, мое состояние называется так: устала.

Как только найду скамейку – сяду и посижу.

В отдалении видны дома. А вот и скамейка. Вокруг никого. Совсем никого. Только какие-то постройки, наверное, здесь что-то производят. Или производили, сейчас они закрыты. Около них валяется строительный мусор.

Я перевожу дыхание. Я ведь просто заигралась, думала о всяких глупостях и не заметила, как она от меня ушла. И я так и просидела какое-то время. А потом увидела, что ее нет, побегала по району, поискала, дошла до дома, квартира закрыта, у меня нет ключей.

Решила еще поискать. У-ста-ла. Сейчас отдохну и еще пойду искать.

Всё было именно так, я точно знаю. И именно это я расскажу взрослым, которые меня найдут. Где-то сзади шумят колеса. «Чувство спиной» («чувство тела»?): это машина полиции. Оттуда выйдет человек, подойдет ко мне, к девочке, выглядящей лет на шесть в свои восемь, бледной, очень худой, с черно-фиолетовыми кругами под глазами.