Охота на викинга

В нагрузку к этому иллюзорному пониманию шла святая непробиваемая убежденность в том, что представители сильного пола – козлы. Причем через букву «А» и поголовно.

В отношениях с Ритой она сразу же заняла позицию наставника или старшей сестры. Та не сопротивлялась. Во-первых, она находилась на чужой территории. Во-вторых, была обязана.

– Точно, – согласилась Рита. – Я ведь тогда даже не подумала, когда он меня окликнул. Парень милый такой, улыбчивый. «Девушка, – говорит, – у вас упало». И паспорт мне мой протягивает.

Я-то думала – это я обронила, а выходит, вор бросил.

– Чукча ты, – фыркнула Клава. – Этот твой милый-улыбчивый тебе карманы и почистил.

– Не может быть, – воспротивилась Рита. Тот парень симпатичный, вежливый и не походил на вора. – Зачем ему тогда паспорт отдавать было? И почему билет не вернул?

– Ага. Почему деньги не отдал? Почему прощения не попросил, не покаялся, не сдался властям и не попросился лес валить? Глупындра! И куда тебя такую несет из Новосибирска в столицу?

– Я не из Новосибирска, – Рита прихлебнула невкусный чай.

 – Я из Тогучина.

– Еще лучше! И чего ты в Москве забыла, тогучанка? Чего тебе там ловить?

Клава снова говорила свысока, как будто все об этом знала. Вот только про Ритину тогучинскую жизнь она не знала ничего.

– А здесь мне что ловить? – вспылила Рита.

– Не ори, девочка, – спокойно поставила девушку на место проводница. – Тебя здесь нет. Забыла?

И Рита прикусила язык.

Рита не могла похвастаться причастностью к «рожденным в СССР».

Она появилась на свет в июле того самого года, когда Страна Советов почила в бозе. Формально Союз еще существовал, но союзные республики давно и упорно лихорадило, а поскольку среди руководства страны не нашлось ни одного решительного и властного человека, развал был неизбежен, так утверждали родственники, причем почти все. Сама Рита мнения на сей счет не имела, но особенно от этого не страдала.

Магазины светились пустыми прилавками, родители поголовно озадачивались не воспитанием детей, а банальным выживанием.

О светлом будущем уже никто не думал. Какое тут светлое будущее, если каждый день приходится бороться с незнакомым и непредсказуемым настоящим?

Риту воспитывала бабушка. И улица. По очереди. В результате воспитание вышло своеобразным. Ни два, ни полтора. Слишком воспитанная для дворовой оторвы, слишком отвязная для домашней плюшевой девочки.

Она была честна, умела дружить, в каких-то моментах казалась наивной.