Отряд зародышей

Признайтесь честно: ходят разговоры по поводу моего изгнания из столичного полка?

– Ну, ходят, – после непродолжительного молчания нехотя признал Хорёк.

– Ходят, – кивнул я, – ну, вот и пусть ходят. Могу даже историю рассказать, как оно получилось.

– Расскажите, господин сержант, – попросил простодушный Одуванчик.

– Да молчи ты, – насмешливо бросил ему Грызун.

– А чего? Интересно же! – отозвался тот полушёпотом.

– Интересно ему… У человека, может, это трагедия всей жизни! Служил в столице, в гвардии лейб-полку.

А тут на тебе – в глухомань, на границу! Вот и подумай, насколько ему это интересно, – вполголоса пробормотал Грызун.

– Я в столице всего пять лет прослужил, – спокойно ответил я, – а до того всё по гарнизонным полкам лямку тянул. И на границе в своё время восемь лет отбарабанил. Только не на восточной, как сейчас, а на западной.

– На западе? Здорово! Никогда там не был. Расскажите, как оно там, господин сержант, – отозвался Зелёный.

– Расскажу, как-нибудь, – я усмехнулся, – у нас теперь времени для общения много будет.

– Так, а за что же вас из столицы убрали? – вернул разговор в прежнее русло Дворянчик.

– Да… За дворяночку я там за одну заступился.

– Это как?

– Да вот так… Полгода назад появился у нас в полку молодой лейтенант, – начал я свой рассказ, – новенький. Прибыл из какого-то дальнего поместья для прохождения службы. У него папа был из видных офицеров в прошлом, вот и записал своего сына в Лейб-гвардии конно-пикинёрный ещё по малолетству.

А когда пора пришла, отправил его в полк. А спустя пару месяцев приехала в столицу погостить и его сестра. Ну и, понятное дело, от скуки стала к брату на службу наведываться. Братика развлечь и самой чтоб не скучать. Девушка она сама по себе хорошая. Добрая, отзывчивая, общительная. И не гляди, что дворянка. Она и с солдатами рядовыми, и с сержантами, и с офицерами одинаково по-доброму обращалась. Но воли ни себе, ни кому другому не давала. Порядок, что называется, блюла. Вот.

Я помолчал, глядя на огонь и собираясь с мыслями. Солдаты, время от времени прихлёбывая травяной чай, ждали продолжения.

– Ну, так вот, – вновь заговорил я, – стали на неё, понятное дело, многие из офицеров заглядываться. Но, опять же, в приличных правилах.

И был у нас в полку один капитан. Называть не буду, ни к чему это. Вояка он, конечно, был знатный. И дерзок, и смел, и хитёр.