Скиф

– И?

– И – что?

Я все больше терялась: что спрашивать, что делать?

Вопросы пропали, мысли разбежались, одна лишь осталась: зачем пришла, что узнать хотела?

– Это от травмы, да?

Колыванов удивился, хмыкнул:

– Ну-у… В вашем случает травму бы я не исключал. Причем с обеих сторон.

– То есть?

– Видите ли, уважаемая невеста, нормальные нормальных выбирают, а вашего жениха к разряду оных я причислить не могу. Мало кому в голову придет нарочно калечить себя в надежде смыться пораньше из рядов Вооруженных сил.

Я совсем запуталась: это причем, к чему?

– Дима отслужил…

– И был комиссован. Отравление сулемой. Очень юноше видимо домой хотелось, к вам, наверное.

Что за ерунда? Что он говорит? – я не понимала:

– Откуда вам знать?

– Сам сказал. Я спросил, он ответил.

– Где он сулему взял, зачем ему?

– Это у него нужно спрашивать. Мне лично неинтересно – думаю, на эту тему было не мало вопросов задано и столько же ответов получено. ЧП, между прочим, для воинской части.

А вам урок на будущее: о прошлом своего названного супруга нужно узнавать до того, как строишь планы на совместное будущее.

– Я ничего не понимаю, – призналась.

– Или не знаете? – протянул, изучая мое растерянное лицо. – Вижу для вас все это новость. Н-да-а, тогда оставим.

– Вы мне скажите, что с Димой сейчас.

– Обострение. Острая почечная недостаточность. Есть подозрение на некроз. А что такое некроз? Отмирание тканей. Нужно детальное обследование, что сейчас и проводится.

Но, учитывая интерстициальный нефрит в анамнезе, то есть, отравление сулемой, и в следствии получение данного нефрита, постановка миоренального синдрома не составила труда. Отсюда вывод и прогноз – неблагоприятный. По-русски, парень сам себя искалечил. Требуется серьезное лечение, которое мы провести не может. Ему требуется перевод в специализированную клинику, тогда будет шанс…

– Вылечиться?

– Выжить, – отрезал Колыванов: надоела ему посетительница.

Глупа неимоверно. Курица, одно слово.

– А?..

– Отмирание тканей, девушка. Понимаете, что такое, когда почки отмирают, нет? И не дай вам Бог…

– А клиника?

– Профессора Подгорного в Слобде. Платная.

– Слобда? Это же двести километров отсюда.

– Ближайшая. Могу предложить еще Москву и заграницу. Но вряд ли вы потяните. А у Подгорного более менее дешево. Помощь квалифицированная. Кстати, это единственный шанс Кислицина не умереть.

Я сникла.