Если яблоня расцветет

Там она налила из термоса горячий еще чай с брусникой в две кружки, быстро обтерла рукавом лицо, поправила непослушные волосы и вышла на веранду.

– Вот, пожалуйста, пейте.

Алена поставила на стол перед гостем дымящуюся кружку и села сама напротив на такую же табуретку.

Незнакомец снял шляпу и положил ее на стол, взял кружку, понюхал и довольно заулыбался.

– Чай с брусникой, – сказал он, глядя на Алену. – Сто лет не пил такого.

С удовольствием отхлебнул и поставил кружку на стол. Алена тоже глядела на него и думала, что она сто лет не слышала, чтобы так говорили – спокойно, уверенно, без показухи и ложной застенчивости.

По ее мнению люди по манере разговаривать нынче делились на две категории. Одни говорили быстро, суматошно, нервно, глотая слова, словно вечно куда-то спешили и все время опаздывали. Другие бросали слова свысока, точно делали одолжение, грубо цедили сквозь зубы, будто даже в простой фразе затаивали невнятную угрозу. И тех и других Алена вдосталь навидалась из окошечка коммерческого киоска, где работала последние пять лет, и за это время обе категории ей опротивели.

Неожиданный ее гость не относился ни к тем, ни к другим. Он говорил так, что, независимо от слов, Алена ощущала какое-то спокойствие, чуть ли умиротворение, и, поняв это, удивилась самой себе.

– Ну, как чай? – спросила она, чтобы прервать затянувшееся неловкое молчание.

– Очень вкусно. Спасибо, – улыбнулся гость. – А вы не боитесь вот так приглашать незнакомых мужчин? Вдруг муж нагрянет?

– Не нагрянет, – неожиданно для себя ответила Алена и, ощутив в этих словах какую-то двусмысленность, заторопилась.

– Вы пейте чай, он вкусный, пока горячий. Я сама его готовила. И бруснику собирала сама. Прошлой осенью.

– Извините, я вам не представился, – сказал незнакомец, сделав еще аккуратный глоток. – Меня зовут Даниил Сергеевич, заезжал тут к одному… сотруднику по делам, да его почему-то не оказалось. А ведь договаривались… – Даниил Сергеевич задумчиво глянул поверх головы Алены на одиноко стоящую посреди участка яблоню.

 – А вас как величать? Надеюсь, это не слишком нахальный вопрос? – добавил он, поскольку Алена молчала.

– Извините, пожалуйста, я задумалась, – неловко улыбнувшись, сказала Алена. – Алена Владимировна, искусствовед. Бывший, – сама не зная зачем, уточнила она.

– Очень приятно, – улыбнулся Даниил Сергеевич. – Что же касается вашего слова «бывший» – не стоит этого стесняться. Время у нас сейчас такое.