Ночной молочник

Но ведь такие люди если и ходят пешком, то только в сопровождении телохранителей! А тут они всегда шли в одиночестве. Вероника слушала звон ключей и вспоминала, кого она видела вот так, случайно, на этой улице. И министров видела, и политиков. Попытки вспомнить конкретные фамилии этих людей, однако, успеха не имели. У них у всех было известное лицо и неизвестная фамилия.

– Ника, пойдем! – позвала ее Дарья Ивановна, уже вошедшая следом за охранником в неярко освещенный коридор за стальными дверьми.

– Вы надолго? – спросил вдруг охранник.

– Минут пятнадцать – двадцать, – в голосе Дарьи Ивановны зазвучали скорбные нотки.

– Тогда я вам чаю сделаю, – пообещал мужчина. – А то замерзнете!

Просторный грузовой лифт опустил их на пару этажей вниз.

Охранник включил свет, и они увидели перед собой еще одну массивную стальную дверь. Правда, тут уж им ждать не пришлось – очередной ключ был у мужчины наготове.

Помещение за дверью было одновременно похоже на роскошный зал автоматических камер хранения и на поминальное кафе.

На трех стенах – шахматной доской выложен до потолка кафель: черные и красные квадраты. Пол из черного мрамора. Три круглых столика с четырьмя стульями вокруг каждого. Четвертая стена, метра три в высоту и десять-двенадцать метров в длину, представляла собой сплошной блок ячеек для крупногабаритного багажа. Только возле каждой дверцы с ручкой не было ни монетоприемника, ни правил пользования. Зато справа от каждой ручки к благородно-матовому металлу была прикреплена пластина с выгравированным на ней трехзначным номером.

– Тридцать два – один, говорите, – произнес охранник, подвозя длинную хромированную тележку на колесиках к стенке с металлическими дверцами.

Остановился. Потянул дверцу с нужным номером на себя, и из стенки медленно выехал и завис над мраморным полом длинный ящик. В нем – тело мужчины в костюме. Охранник с помощью несложных манипуляций установил металлический ящик с телом на тележку и оглянулся на Дарью Ивановну.

– Может, в комнату свиданий? Или здесь останетесь?

– Никого же нет, – развела руками вдова аптекаря.

 – Здесь посидим. За тем столиком! – она показала на крайний столик справа.

Охранник кивнул и, оставив тележку у указанного Дарьей Ивановной столика, вышел из зала.

– Садись, Никочка! – кивнула Дарья Ивановна на стул. А сама отошла в сторонку. Промокнула платочком глаза. Расстегнула пальто, но снимать его не стала.

Вероника присела. Она смотрела на тело в железном ящике.