Ночной молочник

На ушах – запекшаяся кровь. Он лежал неподвижно. Только его тусклые глазки были направлены в этот момент на Диму. Кот мяукнул слабо и хрипло, как в последний раз.

Валя обернулась лицом к мужу.

– Смотри! – сказала.

А сама на корточки опустилась перед котом.

– Ты Мурик? – спросила негромко.

Кот снова хрипло мяукнул и попробовал подняться на четыре лапы. Он явно хотел сделать шаг вперед, подойти к Вале.

– Это я виновата, – прошептала, всхлипывая, Валя.

Подняла обессиленного серого кота на руки. Занесла в коридор.

Дима попятился, не желая стоять у жены на пути.

В коридоре она опустила кота на пол. Повернулась к мужу.

Дима тем временем не сводил взгляда с изможденного кота. Он, кажется, узнал в нем настоящего Мурика. Того самого, которого он самолично бросил в колодец заброшенного двора. Только ведь он его мертвого туда бросил!

Валя сняла пальто, разулась. Замерла на мгновение над котом. Ее руки словно искали что-то в воздухе. Или выдавали ее беспокойные мысли языком жестов.

И действительно. Разобравшись со своими мыслями, Валя взяла тряпку для обуви, лежавшую на входе. Перевернула ее на другую сторону, об которую еще никто ноги не вытирал. Разложила под вешалкой и перенесла на нее серого пришельца.

– Боже мой, – всплеснула руками. – Да он еле живой! Потерпи, я сейчас!

Она ушла на кухню. А Дима, пользуясь моментом, опустился перед ним на корточки. Заглянул в мордочку.

– мурло, ты что ли? – спросил так, словно ожидал как минимум кивка в ответ.

Но кот на эти слова никак не отреагировал. Только продолжал смотреть на Диму жалобно и преданно, как на хозяина.

Диму передернуло. Он вспомнил, как Валя что-то про свою вину сказала.

Валя же вернулась в коридор из кухни с чашкой молока. Поставила ее перед носом кота, и тот тут же в чашку свою морду опустил. Пил жадно, вздрагивая на глотательные движения всем своим изможденным тельцем.

– Это же моя чашка! – произнес Дима.

– Я потом помою, – пообещала Валя. – Блюдца все грязные…

Из кухни вышел новый мурик и тут же подскочил с шипением к замученному соплеменнику.

Валя схватила толстого мурика на руки.

– Ну что ты, – запричитала, гладя его за ушком. – Он же такой, как ты! Ты тоже тощим и полудохлым сначала был!

Новый Мурик с высоты Валиной груди неприязненно смотрел на грязного серого кота, уже выпившего все молоко из чашки и опустившего мордочку на тряпку.