Ночной молочник

И хруст снега под ногами вспомнился, и автобусная остановка, на которой – десант за десантом пассажиров, и все переходят дорогу и идут к домам, к зданиям, к учреждениям с вывесками у дверей и без, а парк за своей спиной оставляют.

И хоть тепло ей было под одеялом, и уютно ей было, как никогда, а воспоминания о парке укололи чуть-чуть. И грудь болит пуще прежнего. Не пьет Яся столько молока, сколько у ее мамы в груди набирается.

А за окошком машина остановилась.

«Егор!» – подумала Ирина.

Поспешно, но аккуратно, чтобы не разбудить Ясю, с кровати поднялась. Оделась. В окошко выглянула.

Нет, не Егора машина за забором стоит. У Егора красная, а тут черная.

Стук в двери.

– К тебе, что ли? – спросила, заглянув в комнату, мама. – Ничего, я пойду открою!

Входная дверь скрипнула, открываясь. Ирина вся напряглась, прислушиваясь.

– Ирина Анатольевна дома? – пробасил незнакомый мужской голос.

– Дома, дома, – ответила мама.

– Скажите, пусть собирается!

Мама влетела в комнату к Ирине бледная и напуганная.

– Там двое бритоголовых в черных пальто из кожи. Без шарфов, с галстуками! Не к добру! – запричитала негромко мама. – Видать, ты кого-то важного обидела! Может, министерского сына без молока оставила?! А может, сына этого, конопатого? Его ж жена иностранка, видать, грудь-то бережет. Или сам он хочет, чтоб малыша украинским сельским молоком вскармливали…

Ирина впопыхах одевалась.

Материн испуг передался и ей. Руки дрожали, ноги в теплые коричневые колготки никак не лезли. Минут десять прошло, прежде чем вышла она в коридор, чтобы уже и пальто надеть. Не глядя, по ошибке, мамин серый пуховый платок с вешалки сняла да на плечи набросила.

Встретилась взглядом с двумя высокими мужчинами в черных кожаных пальто. Они неподвижно, как караул, перед входной дверью стояли. Глаза у них холодные, безразличные.

– Откуда вы? – спросила шепотом все еще напуганная Ирина.

И сама не услышала, как невпопад вопрос прозвучал.

– За вами, – коротко ответил один из них.

– А когда я домой вернусь? – спросила Ирина, уже выходя и на ходу оглядываясь на взволнованную мать.

– Как обычно вернетесь.

Один из мужчин сел за руль. Второй запустил Ирину на заднее сиденье, а сам рядом с водителем уселся.

Машина взревела. Из-под передних колес мелкая ледяная крошка полетела.