Мы все горим синим пламенем

Оранж, как выяснилось, и ты вот…

Марина еще не умела врать и вовсе не собиралась обучаться этому гнусному искусству. Поэтому она слегка зарумянилась, что, впрочем, только придало прелести ее очаровательному лицу, обрамленному светлыми волосами, прядь которых то и дело непослушно выползала из-за ее небольшого, отдельно красивого уха. Можно было целую вечность сидеть и просто любоваться ее милыми жестами, нелживой мимикой, постоянными поворотами головы…

– Как это тебя угораздило, папа. Многие наглотались дыма, отравились угарным газом.

У многих просто нервный шок. Много ушибов. Но никаких трупов нет, за исключением вас.

– Мы не в счет. Мы не трупы, – с ноткой мужества в голосе заявил Горяев. – Значит, версию о террористах решили отменить. Жалкие политиканы! Значит, им больше не нужен образ невинной жертвы! Пропали мои тиражи!

– Папа, ты о чем? С тобой все в порядке? Алексей, папа в своем уме?

– Я соображаю в сто раз лучше, чем Алексей Юрьевич. Выпей воды.

Успокойся. Продолжай.

– Говорят, поджог устроила какая-то Катерина в отместку своему любовнику, чужому мужу.

Здесь великолепная Марина вновь отчего-то покраснела, слегка, самую малость.

– Кошмар! – возмутился Леонид Сергеевич. – В это трудно поверить. Кому же она мстила, а? Как вы полагаете, Алексей Юрьевич?

– Откуда мне знать? – в ответе Оранжа явно сквозила озабоченность, которая так не свойственна молодости и которая настигает нас после того, как мы, несколько раз обжегшись на молоке, усердно дули на воду.

 – Вы же лучше меня соображаете. До четырех считать умеете? Вы жили в девятнадцатиэтажном доме! Как же вы добирались до своего восьмого! Наверно, то и дело путали его с четырнадцатым.

– Что за нервные люди населяли этот копченый небоскрёбишко! Маньяки! Какие злые языки! Страшнее арбалета! – Леонид Сергеевич положительно вышел из себя.

– Муся, не томи! Моя квартира не сгорела?

– Какая она тебе Муся! Не забывайтесь, Алексей Юрьевич!

– Виноват, Марина э… Леонидовна.

Вы случайно не в курсе, моя скромная квартира номер 71, что на седьмом этаже, на солнечную сторону, окна не заклеены, из-за моей лени и нехватки времени, да, да признаю, – так вот моя замечательная квартира цела? Она не сгорела? Эта Катерина меня ни с кем не перепутала? Может быть, вы случайно, одним глазком успели увидеть…

– Да успокойтесь, Алексей э… Юрьевич, ваша квартира в целости и сохранности.