Легкий мужской роман

Но в звуках федькиной гитары мнились мне запах лаванды, тюльпанов, моя утраченная молодость, мои дивные 43, чистый женский образ, сотканный из отборных штрихов моих замечательных Люсек, а также грустная необходимость цепляться за жизнь и придавать смысл простому, очевидному и бессмысленному. Я же говорю, какой-то другой этап наступает в моей струящейся, как песок сквозь пальцы, жизни. Я обнаружил себя в поруганной крепости, с опущенными плечами, с глазами, полными слез, и бесконечной любовью к Федьке в моем циничном сердце.

Певица талантливо подвывала, запрокинув голову с искусственно осветленными волосами, раскачиваясь и обнажая спелую грудь в разрезе не застегнутой рубахи.

– Ну, как? – спросил Федька не косноязычно и без всяких «бля».

Я молча развел руки, мол, чума, и бережно обнял засранца.

– А как она? – спрашивал уже я на кухне, заискивая перед непревзойденным мелодистом.

– Жопа – чума, – урчал Федор, догрызая остатки какого-то куска из моего холодильника. – Уже объезженная, курва.

Динамо машина, старик. Хочешь трахнуть эту целку? – не снижая голоса рокотал гений.

Я, что характерно, не хотел. Впрочем, это ни о чем не говорит. Я давно был уже «молочным братом» этого замызганного маэстро, предохраняясь тремя презервативами от беспечных федькиных шлюх. Я был ничем не лучше этого кумира минской братвы, которая тащилась от его шлягеров.

Такова паршивая диалектика нашей паршивой жизни.

Вскоре Федька с целкой удалились; кассету с музыкой я оставил себе.

Прошла неделя. Звонок. Пауза. Звонок. Беру трубку.

– Что, бля, характерно…

Выяснилось, что Федору позарез необходимо со мной встретиться. Нет, нет, сексодром мой тут не при чем. Обычно бесцеремонный, музыкант был непривычно сконфужен. Начало его речи сбило меня с толку.

– Понимаешь, Евгений, мне надо поговорить с тобой. Не знаю, с чего начать.

Федор нервничал. Он был достаточно прилично вымыт и даже побрит. Носки были в порядке. Отмобилизованность высокого класса тяжело давалась солдату шоу бизнеса.

Первое, что мне пришло в голову – деньги. Такое серьезное отношение у людей бывает только к деньгам или…

Но деньги Федька вымогает в совершенно другой манере и, надо признать, всегда возвращает долги.

– Федя, расслабься, приди в себя. Что характерно, я не узнаю тебя.

Но я не чувствовал себя хозяином положения. Я чувствовал камень за его пазухой.

Федор выложил все быстро, тихо, отводя глаза в сторону.