Питерские контрабандистки

Женщина я молодая, собой, говорят, недурна, путешествую одна, без компаньонки, – не принимает ли меня эта госпожа за искательницу приключений, не собирается ли предложить мне… Вы понимаете?

– О, очень понимаю!

– Но – нет, не то. При одном намеке на мои сомнения, она так и вскипела… «За кого мадам меня считает? Разве мадам неизвестно, какой фирмы я представительница? Разве честь дома позволила бы моим патронам терпеть на своей службе особу, способную на подобные проделки и предложения?»… Даже отпаивать водой ее пришлось и извиняться потом: так расходилась… Ну, а как и чем она меня спасет, все-таки не сказала… Положитесь, говорит, на меня: вам не придется сделать ничего неловкого, даже неприятного, – просто, можно сказать, ничего от вас не потребуют, совсем, совсем ничего!.

– За ничего, Люси, денег не дают. Поставят какие-нибудь обязательства.

– Никогда. Уверяю вас: не вас обяжут, вы обяжете. Да так, что если бы вы и в Петербурге оказались не при деньгах, то можете хоть совсем не платить. Вот, значит, какую услугу вы в состоянии, шутя, оказать.

Отвечаю:

– Не платить я не могу и не хочу, потому что принимать подарки от неизвестных людей не в моих правилах. Но, если дело сводится к тому, чтобы услуга шла за услугу, тем лучше, с тем более легкой совестью я займу деньги…

Назавтра утром подают мне карточку какой-то мадам Дюран. Имя ровно ничего не говорит: во Франции Дюранов и Ламбертов чуть ли не больше, чем у нас Ивановых. Принимаю. Входит дама лет сорока пяти, буржуазка, очень приличная, одета просто и элегантно, заметно, что туалет стоит больших денег.

– Мне сообщили, что вы в маленьком затруднении. Не позволите ли мне вам помочь? Сколько вам надо?

– Думаю, что обойдусь двумя тысячами франков.

– Пожалуйста, не стесняйтесь… Если надо больше…

– Нет, я разочла, что обойдусь.

– Прекрасно. Я могу ссудить вам эту сумму.

– А условия?

Мадам Дюран пожала плечами.

– Какие же условия между двумя порядочными женщинами? Я не процентщица. Когда будут деньги, пришлете мне долг.

Прямо благодетельная фея какая-то!

– А вот, – продолжает, – об одолжении небольшом я буду просить вас очень усердно…

– Все, что могу… Вы так меня выручили… Я не знаю, как вас благодарить…

– Дело пустое: я только попрошу вас взять с собой в ваш багаж ящик, который я посылаю в Петербург.

– С удовольствием, если только в нем не будет трупа, разрезанного на части. А то с полицией выйдут хлопоты и, главное, я боюсь покойников.