Неигра

Сегодня Анка села на каменный парапет и сидела неподвижно, спрятав лицо в ладонях, а сторож бродил вокруг да около, прикидывая, нарушает она общественный покой или нет.

…Анка подняла глаза. На нее пристально смотрела рыжая собака. «А этой что от меня нужно?» – испугалась Анка. Но холеному сеттеру на замшевом поводке ничего не было нужно. Сторож любезно беседовал с его хозяином. Анка посмотрела на хозяина собаки снизу вверх, сквозь слезы, и ей показалось, что у него необычайно величественная осанка, клетчатое пальто с пелериной до пят, чуть тронутые сединой кудри до плеч, и черные перчатки.

Анка вскочила на ноги, сеттер оскалил белые зубы.

– Вы не видите меня? Или не узнаете? – крикнула ему Анка.

– Простите? – произнес хозяин собаки, недоуменно глядя на неё.

– Ослепли?

– Ну как же, я вас помню! – Вдруг заулыбался он. – Мы с вами однажды играли в теннис у Василия Васильевича Пузыря, этого богатого дилетанта.

– А вы кто тогда? – растерянно спросила Анка.

– Вы забыли? – он взял ее за руку и они вместе с рыжим сеттером медленно побрели по дорожке, – я же Кузьма Ритурнель! – произнёс он со значением.

 – Что, вспомнили?

Анка молчала.

– Знаешь что? Зови меня просто Кузей. Ведь мое имя все равно ненастоящее. Вернее, не полное. На самом-то деле я – князь Ритурнель. Но титул нужно опускать, как нечто позорное! Такие времена! Над благородным происхождением смеются! Даже на Западе ко мне относятся с большим уважением. Племянница испанского короля подала мне руку.

Ничего себе козочка! Видела бы ты! А теперь кому ни расскажешь, всем завидно. Жалкий род человеческий! Даю тебе честное слово князя Ритурнеля – первому же честному человеку пожалую дворянство.

– Как же вы это сделаете? – удивилась Анка.

– Очень просто. Я выдам ему удостоверение с печатью в красной корочке. Печать я уже сделал! Только вот нет ни одного честного человека! Но я верю, что справедливость восторжествует! Все патриоты получат правительственные награды! Остальных правительство отправит в эмиграцию с конфискацией! Теперь Бог испытывает нас! Но мы не сломимся! Я уже выкупил свой родовой курган.

Рядом – пруд с форелью. И если ты не дура, если ты не такая же, как те дуры, которые считают, что заниматься пустой посудой зазорно, я тебе еще и поинтереснее кое-что расскажу, и даже покажу. Согласна?

– Да я вовсе ничего такого и не думаю про пустую посуду…

– Отлично, мой поросеночек, идем.