Ландшафты Алигьери

А если бы и можно было спасти, то не стоило бы этого делать, чтобы насильственным образом не продлевать их невыносимые мучения.

И я понял, что те формулы, которые писал в лаборатории кто-то похожий на меня, были лекарством для этой палаты безнадежных. И они все умерли, один за другим. А помимо них, еще множество людей с тем же диагнозом.

Умерли. Что ж… все умирают.

Но эти конкретные просто из-за того, что я пошел в торговое училище.

И вот тут он прервался и заплакал.

6

Притча о человеке, который ничего не смел

Он боялся сказать то, что думал, в лицо.

И запачкать рубашку цветочной пыльцой.

И не в ногу шагнуть, если в общем строю.

И под письмами выставить подпись свою.

И без зонтика выйти в безоблачный день.

И прослыть несолидным у важных людей.

И сидеть в кинозале в последнем ряду.

И ходить, не сутулясь, у всех на виду.

Он боялся раздоров и в драку не лез.

Жил без крепких напитков и крепких словес.

Он немытые яблоки есть не привык.

И хранил от покупок и чек, и ярлык.

Он боялся контрастов и ярких цветов.

Никогда к переменам он не был готов.

Карту взять из колоды страшился не ту.

И, в очках не нуждаясь, играл в слепоту.

Он боялся товаров по льготной цене.

И система на нем отыгралась вполне:

После смерти его без излишней возни

В уцененном гробу на покой отвезли.

А над крышкой средь комьев земли улеглась

Взвесь несделанных дел и несказанных фраз.

И над ними для верности камень притих

С эпитафией жизни: от сих и до сих.

Как выяснилось, несостоявшийся фармацевт имел в запасе еще несколько печальных историй.

Вторая история из зеркальной комнаты

Сначала я выучился на продавца, а, успешно закончив практику, начал метить и в товароведы.

Распределили меня удачно: на кондитерскую фабрику, где, как каждому ясно, можно было неплохо поживиться. Шоколад и конфеты ведь все любят, и валюта эта в системе социальных отношений отдельно взятых индивидов никогда не обесценивается.

Выносить конфеты со склада я начал почти сразу. И ничуть не боялся, потому что все у нас это делали. Даже почти неприкрыто: когда проходили через проходную, не особо беспокоились, что карманы топорщатся, а из сумок и портфелей торчат коробки с ассорти.

Шоколадные кругляшки со сладкой помадкой внутри работницы фабрики брали прямо с конвейера и клали себе в рот.