Земля от пустыни Син

– Вот какие руки, Танечка, – Маргарита Петровна смеется своим мелким сухим смехом. – Боже мой, боже мой! Я так устала жить уже, – глаза бабушки тускнеют, – я прожила такую долгую-долгую жизнь и столько всего видела… – Она качает головой из стороны в сторону и словно уходит в себя. Потом опять поднимает глаза на Таню и продолжает: – Во время блокады умерла и моя родная сестра. А две другие погибли до того в Киеве в Бабьем Яру: собрали вещи – и сами пошли в Бабий Яр.

– Как – сами?! В Бабий Яр?!

Таня была когда-то в Бабьем Яру, где сделали мемориал жертвам, и помнит, какое ее охватило смятение, когда она приблизилась к этому месту, – она вдруг кожей почувствовала, как вокруг нее, в воздухе, как будто происходило движение, словно погребенные там до сих пор посылали миру предостережение о том, чего больше никогда и нигде ни в какие времена не должно произойти: чтобы никогда на земле не гибли безвинные люди лишь за то, что они принадлежат другой расе.

Таня даже зажмурилась, и ей захотелось бежать из этого страшного места.

– Никто же не знал, Танечка… Они собрали вещи – и пошли. И там они погибли… Вот так я осталась одна из всей семьи. Я самая младшая из сестер. Боже мой, боже мой! Что мы пережили!

Бабушка снова обхватывает голову руками и несколько минут сидит в задумчивости.

– А братья? – несмело подает голос Таня.

Маргарита Петровна поднимает голову, словно приходит в себя.

– Один, самый молодой из нашей семьи, погиб на фронте в сорок втором – обгорел в танке и не выжил, он был не женат.

Второй, Семен, умер два года назад в Ленинграде. И у него есть сын, мой племянник, тоже Семен, – у нас в семье это имя почему-то оказалось популярным, – хихикает бабушка, – но мы его называли всегда Сёмка. У Сёмки потомства нет. В Одессе, правда, живет сейчас наша сводная сестра…

– У вас еще и сводная сестра есть?

– Да, первая жена моего отца умерла при родах. И вот это ее дочь, Фира, Глафира Петровна, Фирочка. Но она воспитывалась в семье своей покойной матери.

Фамилия, конечно, тоже Левитина, но у нее никогда не было детей.

– Она была не замужем?

– К сожалению, – качает головой бабушка. – Так и прожила всю жизнь одна. Преподавала математику в школе. А сейчас совсем уж плоха стала. Никто даже не помнит, сколько лет ей должно быть – и год и дата рождения перепутаны Она сумела несколько лет себе сбросить в паспорте.

– Зачем?

– Боялась стареть! – смеется Маргарита Петровна.