Когда боги смеются

На наши выступления такой лом начнется! Да клубы передерутся за право предоставить нам площадку! И не Папа теперь им как бы предлагать нас будет, а они сами в очередь выстроятся. Хоть денег наконец заработаем.

– Ты что, Свет, – растерянно произнес Бек, – он же убийца. Он сумасшедший. Его надо поймать. Что ты такое говоришь?

– Ну так и пусть они, – Светлана кивнула в сторону оперативника, – ловят сколько влезет. Флаг им в руки. А мы должны эту ситуацию использовать реально, ты понимаешь? Пока они его не поймали, надо конкретно подогревать интерес публики.

Пусть приходят и рассматривают друг друга, а вдруг рядом убийца стоит? Чем дольше они его будут ловить, тем для нас лучше.

– Нельзя так рассуждать, Светлана, – покачал головой Чеботаев. – А если он еще кого-нибудь убьет, пока мы его ищем? Мы собираемся просить вашего директора о том, чтобы на ближайшее время ваши выступления были приостановлены, иначе нам будет трудно предотвратить новые преступления. Так что вам придется проститься с мыслью подзаработать денег на этом убийце.

Вы не заработаете ни копейки, пока мы его не поймаем и не будем уверены, что он больше никого не убьет.

– Да и фиг с ним, пусть убивает. Вы говорили, он убивает тех, кто обо мне плохо говорит? Так туда им и дорога, пусть язык как бы не распускают.

Она уже сообразила, что сказала не то, что следует, и разозлилась на себя за свою несдержанность. Но главным образом она разозлилась на гостя из милиции. Это он виноват в том, что она сболтнула глупость.

Он втерся к ним в доверие, делал вид, что они говорят на одном языке и думают одинаково. Он ее обманул, а она, дура, расслабилась и поверила. Да разве можно ментам верить? Они все как один – козлы недоделанные, живут на государственную зарплату и не понимают, что есть такое понятие «деньги зарабатывать». И вообще, она все правильно говорит, другое дело, что не нужно было произносить этого вслух при менте. Надо было согласно кивать, а потом потихоньку обсудить все с Папой. Теперь этот придурок им всю мазу поломает.

– Ну что вы, Светлана, – Чеботаев тоже, кажется, растерялся, и это доставило Светлане мгновенное удовольствие, – вы не имеете права так говорить. Каждая жизнь бесценна, даже если это жизнь человека, который говорит о вас гадости. И вы обязаны нам помочь.

– Чего-чего?

Она прищурила глаза и протянула эти слова тем противным голоском, каким когда-то в детстве разговаривала с подружками.