Измайловский парк

– Успокойся, вырастут, – твердил он в ответ на жалобы матери. – И вырастут нормальными людьми. Дай ты Виктору перебеситься! Всему свое время.

– Да я не дождусь, пока он перебесится! – однажды закричала, не выдержав, мать. – Похороните!

– Не драматизируй! – прогудел отец. – К чему эти истерические развороты? Живи себе спокойно и размеренно. А дети, они должны быть активными.

– Уж эта мне активность… – простонала мать.

Однако отец оказался прав, и Витька, с трудом одолев переходный возраст и едва не вылетев из школы, в самом ее конце поутих, немного присмирел и даже начал учиться.

Мать тайком плакала от счастья и молила Бога о милости. В церковь она не ходила – тогда это было довольно опасно, – но сохранила в себе, сберегла начатки веры, которая, к сожалению, детям не передалась. Воспитывать их стоило немного иначе.

И вот однажды Виктор, тогда уже первокурсник, завел с Галиной разговор об их семье. Они в тот день оказались дома одни. Отец, как всегда, работал, «пользовал сифилитиков», по образному заявлению Виктора, а мать ушла по магазинам.

Галя разогрела брату обед и присела напротив за кухонный стол. Виктор бодро, с аппетитом хлебал горячий борщ, ломал на куски черняшку и довольно покряхтывал. Он обожал вкусно и сытно есть.

– Галка, ты о своем дворянстве знаешь? – спросил брат в коротком промежутке между двумя ложками.

Галина кивнула:

– Слышала. Краем уха. Родители терпеть не могут об этом говорить.

– Угу. – Виктор проворно отправлял в рот ложку за ложкой.

 – Предки, выходит, здоровски держат языки за зубами. А знаешь почему?

– Почему?

– Да потому что хотят найти фамильные драгоценности!

Галя засмеялась:

– Ты бы читал поменьше фантастики! В жизни все не так.

– Все так! – заявил брат, по-деревенски подчищая тарелку куском хлеба. Прямо настоящий дворянский отпрыск! – Я нашел тут случайно один любопытный документик. Письмо нашего деда к нашей бабке. У отца оно хранится.

– Ты рылся в папином столе? – нахмурилась Галя.

 – Это низко!

Виктор пренебрежительно махнул рукой:

– Да ладно, нравственная ты наша! Я искал подтверждение нашего дворянства. Эх, как охота побыть настоящим барином!

– Ничего не делать, валяться на диване, слуг гонять туда-сюда! – подхватила Галя.

– Ну и что? – с вызовом отозвался брат. – Самое оно! Труба зовет! Я бы не возражал против такой житухи, но нам она, увы, не грозит и не светит, как ни обидно. Придется, стало быть, крутиться самим.