Камуфлет

Габорио с Леру – вот настоящая словесность!

Заметим, что книгопродавцам столицы господин Берс был известен как законченный поклонник уголовных приключений. Его появление в лавке встречалось разве что не криками «ура!». Каждый проходимец прилавка знал: Николай Карлович уйдет с порядочной стопкой такой макулатуры, какой и приказчики брезгуют. Главное, чтоб обложка обещала раскрытие тайн необыкновенных преступлений. Не человек, а праздник для торговцев!

Антонина нехотя открыла книгу, не забыв отправить в рот маринованный помидорчик, и стремительно проглядела с десяток страниц.

Романчик захватил. С каждой главой история представлялась все невероятней. Действие происходит в январе сего года. Некий профессор Серебряков открывает средство, которое позволяет совершать невероятные поступки. Пикантность ситуации в том, что микстура считалась божественным напитком у древних ариев и была посвящена лунному богу Соме. Но открытие стало управлять создателем, а дьявол вновь обманул доктора Фауста.

Заканчивая бутылочку, дядя с удовольствием наблюдал на лице девицы напряженный интерес: страницы так и летали.

Ах да. Литературным героем, распутавшим злокозненные ловушки, явился коллежский советник, по уверению автора, чиновник особых поручений, некто Ванзаров.

Книга кончилась.

– Кто такой Чижъ? – поинтересовалась Антонина, подхватив соленый груздь.

Ответить Берс не смог. Ранее о таком авторе он не слыхивал, впрочем, как и о издательстве «Арибалл», выпустившем роман.

– Но позвольте, как подобное пропустила цензура?

– Сам удивляюсь, – вздохнул Николай Карлович, разглядывая опустевшую бутыль. – Может, Ванзаров знает…

– Так он – настоящий? – барышня даже вскочила. – Не может быть!

Хоть старина Берс отнекивался, но под напором молодости вынужден был признать: да, в сыскной полиции действительно служит однофамилец героя.

– Потрясающе! – вскрикнуло юное создание.

Мольбы о том, что это невозможно и никак по чину не полагается, пропали в шорохе ветвей. Антонина кинулась за извозчиком. А Николай Карлович употребил ложку черной икры, пробормотал «будь что будет», перекрестился и влез в ношеный сюртук.

Августа 6-го дня, года 1905, первый час, все так же

III участок Казанской части II Отделения С.